Книга Следующий в очереди, страница 6 – Эми Доуз

Я протягиваю ей меню и беру свое, глядя поверх него на нее, в то время как она смотрит в свое меню. Она определенно выглядит спокойнее, чем до этого, так что это хорошо. Но она явно не из тех, кто любит проводить время на свежем воздухе и тусоваться в рыболовном магазине. Больше похожа на бывшую чирлидершу или участницу конкурса красоты. Из тех, кто делает маникюр раз в две недели, а не из тех, кто запускает руку в ведро с мелкой рыбешкой.

Так какого хрена она здесь забыла?

Барб, пожилая официантка, которая всегда здесь работает, прерывает мое бесстыдное разглядывание.

— Что могу вам предложить? — спрашивает она, убирая посуду, вытирая стол и подавая нам стаканы со свеженалитой водой.

Как только отхожу от сердечного приступа, вызванного тем, что меня поймали за разглядыванием, заказываю гамбургер и картошку фри. Девушка кивает и заказывает то же самое, еще раз удивляя меня, когда не берет салат.

Когда Барб уходит, решаю перейти к делу.

— Послушай, то, что сказали те придурки, было полной чушью. Но, должен сказать, здесь ты действительно кажешься, словно рыба на суше, — заявляю я, намеренно каламбуря. — Что ты здесь делаешь?

Она снова хмуро смотрит на меня.

— Почему я как рыба на суше? Потому что девушка и выгляжу определенным образом?

— Отчасти, — отвечаю я, непримиримо пожимая плечами. — Извини, если это сексизм, но у нас в «Приманке и снастях Марва» не так много похожих на тебя женщин. Барб — единственный источник эстрогена у здешних парней, и я почти уверен, что она ужепретерпела, — я делаю паузу, поднося руку ко рту и шепча, — «изменения».

Девушка разражается смехом, закрывая лицо руками, а ее щеки пылают красным пламенем.

— Ты ведь не назвал только что менопаузу «изменением»?

Я наклоняю голову и нервно оглядываюсь, на случай, если кто-то нас слышит. Возможно, для парня это не совсем нормально, но я видел, как прошлым летом мама проходила через это, поэтому знаю, как сильно это меняет женщину. В основном потому, что они с сестрами говорят обо всем, что происходит с их телами. Честно говоря, я был свидетелем нескольких действительно неудобных разговоров о прокладках и ночной потливости. Все это было очень неприятно.

Но парни из «Марва» не видели такой горячей девушки… никогда, так что неудивительно, что она навела шороху. Я перегибаюсь через стол и говорю тихим голосом:

— Не надо кричать о женских проблемах. Я просто хочу сказать, что эти парни не привыкли здесь к девушкам, и тот факт, что ты появилась в этих сапогах и потертых леггинсах, когда на улице десять гребаных градусов ниже нуля, означает, что ты окажешься в центре внимания. Искорка, отправляясь на подледную рыбалку в таком наряде, у тебя есть все шансы получить серьезное обморожение.

Она смеется надо мной.

— Ну… об этом должна беспокоиться я… а не этот Марв.

— Марв — заботливый старикан, который только пытался присмотреть за тобой, потому что ты кажешься милой девушкой, когда не набрасываешься на придурков. — Сжимаю пальцы, по какой-то странной причине мне не терпится снова к ней прикоснуться.

— Девушкой? — она снова усмехается, с улыбкой закатывая глаза. — Я двадцатидвухлетняя выпускница колледжа, ясно? Думаю, можно смело называть меня женщиной.

— Как скажешь, — отвечаю я, поднимая руки. Знаю, лучше не спорить с женщиной о том, как ее называть. — Итак, женщина, чем ты пыталась здесь сегодня заняться? Ясно, что ты ни разу в жизни не ловила рыбу.