Книга Минутку, пожалуйста, страница 92 – Эми Доуз

— Я тоже, — рычу я, прикусывая губу, чтобы сдержаться, пока она не будет готова, пока ее оргазм не прикончит меня.

Я протягиваю руку и вывожу жесткие круги на ее клиторе, и через несколько секунд она выкрикиваетмое имя и опускает лицо на холодную столешницу. Ее кульминация стискивает мой член, и я опустошаюсь внутрь нее, а затем замираю, позволяя спазмам ее оргазма осушить меня до последней капли.

Через пару минут аккуратно выхожу и наслаждаюсь видом ее обнаженного и истощенного от секса тела, распластавшегося по туалетному столику. Собравшись с силами, шагаю в выложенную плиткой душевую кабину и включаю воду. Как только она становится горячей, медленно отрываю Линси от столешницы и веду в душ.

С полузакрытыми глазами она ступает под теплые струи. Я намыливаю ей волосы и начинаю мыть. Тщательно стараюсь избегать ее выпуклого животика, когда провожу мыльными руками по другим частям ее тела, а затем делаю то же самое с собой, пока она губкой снимает с лица макияж.

Когда мы выходим, она позволяет мне обернуть себя полотенцем и отвести к моей кровати. Но замирает, как только я откидываю одеяло.

— Я могу спать в своей постели.

Я хмурюсь, глядя в ее большие карие глаза, окруженные темными ореолами остатков макияжа.

— Ты будешь спать здесь, — требую я, и, к счастью, она не спорит.

Линси сбрасывает полотенце и голышом скользит под одеяло, а я следую за ней. Она отворачивается от меня, а я лежу на спине и смотрю в потолок. Мы оба молчим, пока мои мысли блуждают по событиям вечера. За короткий промежуток времени произошло столько всего, что в последнее время стало обыденностью нашей жизни. Не знаю, о чем думает она или что все это значит, но сейчас я слишком устал, чтобы волноваться об этом.

Линси

Джош редко улыбается от всей души.

Я лежу, опершись на локоть, а грудь Джоша поднимается и опускается в ровном ритме. Лучи раннего утреннего солнца струятся сквозь огромные окна спальни, на них нет жалюзи, поэтому все, что можно за ними увидеть, — это природа. Надеюсь, этой ночью природа насладилась шоу, потому что я, безусловно, так и сделала.

Песочно-каштановые волосы Джоша торчат во все стороны, рот приоткрыт, издавая слабый храп. Даже с таким недостатком, он самый сексуальный мужчина, с которым я когда-либо была. Несмотря на то, что редко улыбается. Он ухмыляется, хмыкает, уголки его губ слегка подергиваются, но полноценная улыбка, похоже, не для него. Интересно, Джош всегда был таким или это результат многолетнего лечения больных?

Больных детей.

От этой мысли в животе оседает тяжесть. Как он мог не сказать мне об этом? Большую часть своей взрослой жизни он прожил в Балтиморе, работая детским онкологом, и данный факт ни разу не всплывал в наших разговорах? Уму непостижимо. Должно быть, там произошло что-то важное, раз тот намеренно опустил эту часть своего прошлого. Конечно, переход от детского онколога к врачу скорой помощи в маленьком городке — это понижение в должности, не так ли?

Мне отчаянно хочется знать всю историю, но один урок, который я усвоила после прошлого вечера, заключается в том, что принуждение Джоша к чему-то — например, сказать его родителям, что у нас будет ребенок, — не обернется ничем хорошим.

Боже, вчера был полный бардак. О чем я думала, натравливая на него наших родителей? Я не должна была позволять Кейт втягивать меня в один из своих сюжетных поворотов из любовного романа. У девушки доброе сердце, но ей часто трудно различить художественный вымысел от реальной жизни.