Книга Девушка за границей, страница 127 – Эль Кеннеди

Я перебираюсь в спальню, одеваюсь и уютно устраиваюсь под одеялом с книжкой о крушении судов. Прочитав несколько глав, я решаю лечь спать пораньше.

Не знаю точно, долго ли я лежу в темноте с открытыми глазами, когда раздается стук в дверь. Я знаю, что это Джек, потому что слышала, как Ли с Джейми ушли в паб.

– Да?

На стену падает тонкая полоска света из коридора.

– Ой, прости. – Джек заглядывает в комнату. На нем одни только пижамные штаны. – Я и не знал, что ты спишь.

Я чувствую горечь.

– Я и не сплю.

– Я могу уйти.

– Все нормально.

– Мы можем поболтать?

Не знаю, в чем дело – в том, что в его голосе ясно слышится сожаление, или в том, что я устала от постоянного молчания с его стороны, но мне не хватает духу выдворить его. Я устала бороться с ним.

– Проходи, – говорю я.

На пороге Джек колеблется. Потом встает посреди комнаты, будто ждет, что я решу, как пойдет разговор. В комнате прохладно, потому что Ли регулирует температуру бойлера с армейской строгостью, а мне не особо хочется вылезать из теплой постели. Наконец я отодвигаюсь в сторону и похлопываю по кровати рядом с собой.

Джек занимает почти всю кровать, и матрас прогибается под весом его тела. В комнате темно, не считая рассеянного лунного света, выхватывающего квадрат на полу. Мы оба лежим на спине – я под одеялом, Джек поверх. Я кручу пуговицу пододеяльника, ожидая, когда же он заговорит, вслушиваясь в тихие стоны и скрипы старого дома.

– Я хотел извиниться, – наконец говорит он. – Я… э-э-э… избегал тебя.

– Боже правый, да ты что?

– Я так понимаю, ты заметила, – Джек запинается. – Честно говоря, у меня от тебя крыша едет, – признается он с улыбкой в голосе.

– Даже не начинай.

– Я просто хочу сказать, что с самого твоего приезда сюда я не могу трезво мыслить.

– Уверен, что это не раньше началось? – Это даже не совсем шутка. Джек с самого начала был овеян тайной и частенько ставил меня в тупик. Если у его поведения и есть какие-то закономерности или причины, для меня они непостижимы.

Он толкает меня локтем.

– Я пытаюсь вести серьезный разговор.

– Ладно-ладно. Серьезный так серьезный. – Он меня не видит, но я напускаю на лицо максимально строгое выражение. – Давай, вперед.

– Я запал на тебя в первый день нашей встречи.

– Ты что, пил?

– Эбби.

– Просто уточнила.

Он шумно выдыхает.

– Я это заслужил.

Да. Заслужил.

– Но я честно говорю. Я хотел тебя с момента нашей встречи.

– Хочешь сказать, с того момента, когда обнаружил меня на кухне в первое мое утро здесь? Когда я напоминала оленя в свете фар?

– Да, – просто отвечает он. – Ты что, не почувствовала этого?

Я кусаю губы. Дело в том, что почувствовала. Влечение возникло сразу – мощное, живое. С Нейтом было точно так же.

– Почувствовала. –И до сих пор чувствую. Меня так и тянет признаться. – Но я не собираюсь больше играть с тобой в игры.

– Я и не пытаюсь играть в игры, Эббс. Дело в том, что у меня все это плохо получается. Я знаю, как заманить женщину в постель. Знаю, как ее трахнуть.

– Нет, дорогуша, у тебя отлично получается.

У Джека вырывается резкий смешок.

– Я пытаюсь сказать, что тут речь совсем о другом. О близости. О том, как поговорить о чувствах, о…

– О чем-то серьезном.

– Точно. И вот тут у меня дерьмово получается. Ничего не выходит, как надо, – он в отчаянии вскидывает руки. – Видимо, мне еще и страшновато. Когда человек настолько дорог, что боишься облажаться. Я не умею открываться людям. И не уверен, как еще это объяснить.