Книга Клятва, страница 57 – Дарья Белова

Встреча? Зачем?

— Напомни, когда у тебя продолжится сезон? Если бы я знала, что больше половины года гонщики отдыхают, научилась бы гонять.

Все это вранье, конечно же, потому что меня не восхищает скорость, и соревнования «кто быстрее и проворнее» делает нервы махристыми.

— Я вышлю тебе пропуск, идет?

— Послезавтра в двенадцать дня, — зажмуриваюсь, когда отвечаю.

Проносится мгновение перед тем, как я слышу в динамике голос Эдера.

— Я буду тебя ждать в аэропорту, Марта.

Сбрасываю звонок первой. Наши постоянные переписки и разговоры ведут не туда, и в последние разы не сказать, чтобы я сильно этому противилась. Во мне возбуждаются интерес и азарт.

Утром за нами приезжают, чтобы отвезти на место съемки. В машине знакомлюсь с двумя другими девочками. Они — такая же массовка, как и я, хотя вслух об этом никто не говорит.

Старый особняк, где будут снимать рекламный ролик, напоминает мне гостевой домик семейства Эдер, когда мы с Алексом гостили у них. Грязно-серый кирпич, терракотовая черепица и главный вход с колоннами и брусчаткой перед ступенями. Стильно и по-старинному дорого.

Координатор показывает, где мой рейл с моей фамилией и образами, и усаживает к свободному визажисту.

Везде царит суета, но ощущения охренительные.

Играет музыка. Иногда кто-то кричит, а кто-то шепчет. Все в ожидании кого-то очень важного, чьего имени не называют, но лишь устремляют указательный палец вверх.

Когда на площадке внезапно застревает тишина, все понимают, что приехал главный. Теперь все должно идти быстро, уверенно и по высшему разряду.

Крадусь к выбранной для меня одежде через толпу восторженных девчонок — кто-то из них уже видел высококлассную звезду — и пытаюсь выхватить обрывки их фраз.

Снимаю халат и остаюсь в одном тонком нижнем белье. Здесь привыкли к такому, но мое платье носится без лифа, и нужно раздеться почти полностью. На глазах у сотни людей и тысячи камер.

— Прикрыть? — отзывается одна из девушек по соседству. Я благодарно улыбаюсь.

Быстро расстегиваю бюстгальтер и натягиваю шелковое платье через голову. Голос из громкоговорителя зовет всех на съемочную площадку. По спине пробегает озноб. Замираю, поглощая все происходящее вокруг меня.

Забираю туфли с подставки и слепо надеваю.

Пальцы и стопы оказываются в море из стеклянной крошки, где каждая капля острая, точеная. Они впиваются в мою кожу, прокалывая ее насквозь без промедления.

Втягиваю воздух через рот, сложив губы трубочкой.

— Марта, Вам нужно отдельное приглашение? — девушка с громкоговорителем подгоняет.

Не могу сказать, что требуется время вытряхнуть сор из туфель, или начать оправдываться, почему не могу ступить и шага. Все будет до невозможности просто — меня исключат, а искать виновницу, или виновника, не пошевелятся.

Такой, этот мир моделей. И я впервые ощутила его обратную сторону.

Может, потом я сгорю в истерике и возненавижу весь белый свет, но сейчас обязана исполнить свою секундную роль на «отлично». Поэтому прокладываю себе путь кровью и улыбаюсь. Это то, чему меня учили.

Выполняю все, что требовал от меня короткий сценарий, и даже больше: смеюсь, растягиваю губы в приветливой улыбке миллионы раз, принимаю комплименты и мечтаю сжечь того человека, кто сотворил это со мной.

Неведомая, тупая боль течет по моим стопам. Ноги изранены, а я измучена.