Книга Бывшие. Верну тебя, страница 95 – Кэти Свит

Киваю. Говорить не могу, ком в горле мешает. Меня переполняют эмоции, я не властна над ними. Хочется просто обнять любимого и вселить в него уверенность в счастье.

Прибор над головой начинает пищать.

Не успеваю повернуть голову на звук, как рядом со мной оказываются сразу несколько человек. Петю тут же отгоняют от кровати.

— Все в порядке, — пытаюсь достучаться до медиков. — Меня просто растрогали, ничего не болит.

Ловлю на себе осуждающий взгляд. Затем женщины в униформе продолжают что-то изучать и проверять.

— Молодой человек! — сурово обращается к нему самая старшая из медсестер. — Пациентке нельзя волноваться! Ей прописан полный покой, — строго смотрит на Коновалова. — Если вы не будете следовать указаниям врача, то я запрещу вас пускать в реанимацию, — отрезает.

— Понял, — Петя коротко кивает. — Не беспокойтесь, подобного больше не повторится.

— Уж надеюсь, — одарив нас весьма многозначительным взглядом, возвращается на пост. — Молодежь, — доносится из-за перегородки.

Мы с Петей смотрим друг на друга и улыбаемся краешком губ.

Все последующие дни, проведенные здесь, Коновалов практически от меня не отходит. Не знаю, как он решил вопрос с работой, но Петя с утра до ночи находится у моей кровати. Мы разговариваем, шутим, я даже начинаю немного смеяться. Любовь — удивительная штука, она действительно творит чудеса.

Нашего сына первым увидел, естественно, Петя. Когда пришли из педиатрии и предложили посмотреть на ребенка, то не было ни малейших сомнений, кто из нас пойдет навещать сыночка.

Пусть я сама не видела, но Петя проникся к нашей крохе. Сынок покорил отца одним взглядом. И теперь мой любимый то и дело, что рассказывает про нашего маленького богатыря.

Дни летят за днями, мне становится лучше и очередным утром мне сообщают радостную новость о переводе в палату. Едва дожидаюсь, пока это произойдет!

Петя вновь не отходит от меня ни на шаг. Он помогает меня перекладывать на кушетку, при перевозке держит за руку, а в палате уже бережно опускает на кровать.

Медленно, но я возвращаюсь к привычной жизни. Петя помогает во всем.

Без его помощи, уверена, я бы еще долго провалялась в реанимации, а при переводе в палату не встала так быстро.

Но и здесь он, как всегда, подставляет свое надежное плечо.

— Привет, героиня! Как самочувствие? — в палату входит Степан Арсеньевич. Он как всегда бодр и настроен на позитив. Исходящая от него энергетика настолько мощная, что невольно начинаешь от него заряжаться, как от трансформатора, и выбираешься даже тогда, когда все остальные врачи махнули бы рукой.

Не даром Афанасьев считается лучшим. Если бы не он, то не было бы ни меня, ни нашего с Петей Степушки.

Мы сына назвали в честь врача.

— Здравствуйте, — приветствую своего спасителя. — Уже гораздо лучше! Можно подняться к Степушке? Я хочу на него посмотреть, — как всегда задаю один и тот же вопрос.

Петя ходит к нему в любое время суток, а меня пока не пускают. Нет разрешения от лечащего врача.

— Можно, — выносит положительный вердикт. От счастья хочется прыгать, но я вовремя себя останавливаю. Мне нельзя. — Спасибо, — благодарю врача, пытаясь вложить всю свою радость в простое слово.

Он кивает. Понимает меня.

— Завтра с утра ничего не кушать и не пить, возьмем анализы, проведем обследование и будем готовиться к выписке, — радует новостями.