Книга Неистовые. Меж трёх огней, страница 193 – Алиса Перова

— Одиссей, — он одарил Оди кривой улыбкой и протянул ему руку для приветствия.

— Реми, — осипшим голосом отозвался адвокат и, дёрнув губами в подобии улыбки,выразил свою радость от встречи на местном гоблинском языке.

В ответ Оди выслушал тоже какую-то любезность, отчего ещё больше заледенел, а кудряшки на висках взмокли. Ух, надо срочно ускориться с изучением языка. А тёмный, почти чёрный взгляд Шеро-младшего уже перекинулся на меня.

— Реми, — он протянул мне ладонь.

— Геннадий, — представился я, пожимая его руку, и хрен меня дёрнул брякнуть: — Можно Гена.

— Гена? — малый улыбнулся и уточнил: — Крокодиль?

— Он самый, — прорычал я с самым дружелюбным оскалом. — А для тебя, Чебурашка, Крокодил Эдуардович.

Мальчишка просиял белозубой улыбкой и, склонив голову набок, пообещал на корявом русском:

— Я буду помнить… Гена.

* * *

Замок прямо-таки распёрло от счастья по случаю прибытия юного барина. И даже мне сложно не поддаться общему настроению, особенно во время обеда. Вот не зря в кулинарной мастерской Лурдес сегодня колдовала целая бригада поваров — результат мог бы впечатлить даже самых изысканных гурманов. А уж мне, голодному и не слишком привередливому, дай только до еды дорваться.

Но Диана поставила обед на паузу, решив поведать своему отпрыску, а заодно и всем собравшимся, о том, как она рада, что её старый добрый друг Геннадий (ну, не такой уж я и старый!)нашёл время и согласился погостить в Ла Шер. И как сильно она надеется, что её любимая семья поможет её замечательному другу (то есть мне) адаптироваться в незнакомой стране и поспособствует тому, чтобы он (то есть я) чувствовал себя здесь, как дома.

Диана перескакивает с русского на французский, семья дружно внимает, а я… ну, я опешил, конечно (мне же не пояснили правила этой игры), но поспешил натянуть вежливую улыбку и киваю в нужных местах. Типа да — нелегко мне было выискать окошко в своём плотном расписании, но вот я здесь, потому что не смог отказать моей дорогой подруге. Так что уж постарайтесь быть для меня полезными и обеспечить мне домашний уют.

Я догадываюсь, что Её Огнедышество вещает специально в уши Реми, и всё же мне приятно это слышать, потому что Диана считает меня своим другом (а иначе меня бы здесь не было), и потому что Шапокляк впервые одарила меня скупой улыбкой, и просто потому что мне нравится эта компания. Даже вместе с гениальным чудиком Одиссеем и борзым мальчишкой, который расстреливает меня острымвзглядом, а выслушав Диану, произносит с неприкрытым вызовом:

— Отлишна! Добро пажаловать… Гена!

Я салютую ему бокалом и отзеркаливаю агрессивную улыбку — поосторожнее с крокодилами, малыш!

А дальше просто наслаждаюсь изысканным обедом, приводящим меня почти в медитативное состояние блаженства. Да и чем мне ещё заниматься в то время, когда Реми, он же гвоздь сегодняшней программы, развлекает восторженную публику на непонятном языке? К слову, в его арсенале целых пять непонятных мне языков. Кажется, пацана забавляет, что я ни в зуб ногой (ничего, Чебурашка, ещё не вечер!), а Диана старается держать меня в теме, хотя могла бы и не делать этого, поскольку последние новости из Лондона вряд ли способны меня впечатлить. Другое дело — обед!..

Но всё хорошее и вкусное когда-нибудь заканчивается, чтобы передать эстафету неприятному и нудному. Это я об уроках французского — меньше их не стало. А Шапокляк снова превратилась в сухую бездушную мумию (похоже, за сегодняшний день она исчерпала годовой запас эмоций). Но я не в претензии и в гранит науки начинаю вгрызаться с пылким рвением — чую, что пригодится.