Книга Неистовые. Меж трёх огней, страница 180 – Алиса Перова

— Да, Эсмеральда креолка.

— А-а… креолка — это как?

— Моя прабабка была испанкой, а прадед… — Диана делает паузу, — мой прадед — сын вождя краснокожих.

— Ниху… хрена себе! — я аж присвистнул. — Вот это у тебя корни!

— О-о, корни моего деда гораздо интереснее, но это семейная тайна.

— А дед тоже метис?

— Да, и, следовательно, все потомки. Только Эйлен каким-то чудом достались голубые глаза моей мамы. Ну что, продолжим нашу экскурсию?

— Ага, — бормочу, продолжая пялиться на портрет. — Диан, а почему днём свечи горят?

— Они всегда здесь горят. Дед безумно любил Эсмеральду, и, кстати, этот замок он построил для неё. Знаешь, я давно пытаюсь создать их совместный портрет, но всё не то.

— Сама, что ль, пытаешься?!

— Нет, конечно, — Ди усмехается, — художник из меня совсем никакой. Это Феликс почти целый год бьётся над портретом. На самом деле, очень красиво, но мне всё время чего-то не хватает...

И вот, казалось бы, сейчас самое время ввернуть, что у меня тоже есть знакомая художница — талантище! Вы только позовите, разглядите!.. Но, взглянув на неожиданно растерянную железную леди, я спрашиваю о другом:

— Ты… очень любила своего деда?

— Я его ненавидела, — отвечает она шепотом, глядя сквозь меня, а спустя долгую паузу, добавляет ещё тише: — И боготворила.

На моём языке вертится десяток вопросов, но озвучивать их сейчас мне кажется неуместным. И я стою молча, чувствуя себя клоуном на похоронах.

— Всё, пойдём отсюда, — внезапно оживает Диана и подталкивает меня к выходу.

А я что — я с радостью!

А дальше сплошной позитив! Тренажёрный закуток, обнаруженныйна цокольном этаже, оказался размером с хороший спортивный зал. Я бы прямо тут и остался, но экскурсия только началась. Танцевальный зеркальный зал, тир, автодром, гараж на хренову тучу машин, крытый бассейн, зимний сад… а ещё — оборжаться! — каменный чёрт, писающий в пруд.

— И как тебе? — спрашивает уже весёлая и игривая Диана.

— Ну-у… твоё наследство впечатляет, — искренне признаю я. — Особенно автопарк и писающий рогатый мальчик.

— Это, Гена, лишь мизерная крошка наследства, и это всё принадлежит моему сыну, — Диана испытующе смотрит на меня, а я даже не знаю, что тут сказать, да и как умом объять… поэтому говорю, что думаю:

— Вот же попал, бедняга.

А Диана начинает хохотать, а потом вдруг обнимает меня, а я совсем не понимаю, как реагировать. Нет, я, конечно, тоже её прижал (когда ещё представится случай?!) и стою, замерев, как истукан.

— Спасибо, Генка, ты прелесть!

— Да? Должен заметить, что ты тоже очень даже ничего…

— Как же ты прав, Гена, — бормочет она мне на ухо, — как же ты прав. Этого всего слишком много, непостижимо много! И я так боюсь, что из моего сына получится второй Демон.

Демон?!

— А первый кто?

— Мой дед. Он был очень страшным и могущественным человеком… и очень несчастным. А Реми… он совсем не такой — он добрый, хороший… он очень любит меня и Эйлен, но мир его ценностей… он опасный и неправильный. Для него огромное значение имеет семья, но дружба — это пустой звук. Есть только нужные люди и деловые партнёры… понимаешь, о чём я? Гена, ты мне очень нужен! Ты же поможешь мне, ты ведь не уедешь?

Я?!. Чёрт, но почему я?

Я сжимаю в объятиях самую роскошную женщину, но вместо душевного подъёма ощущаю растерянность — так странно и непривычно слышать отчаянные нотки в её голосе.