Книга Неистовые. Меж трёх огней, страница 178 – Алиса Перова

— Что тебе нужен кляп.

Я проследил тоскливым взглядом, как суровая и прямая Шапокляк торопливо уносит малышку Эйлен подальше от гостей, и внутренне содрогнулся — а может, на хрен этот французский? Тем более, когда все вокруг говорят на чужом языке, у меня просто нет шансов его не освоить. А с этой грозной мадам — ещё бабка надвое сказала. И, посовещавшись с самим собой, я развернулся к Диане и жизнерадостно озвучил:

— Да ты прям как в воду глядела — она мне уже нравится.

Оди громко фыркнул, а Диана тихо рассмеялась, царапая такими чарующими звуками мои нервные окончания.

— Я в тебе даже не сомневалась, — она кладёт ладошку мне на грудь, чем сильно нервирует адвоката, да и меня тоже, чего уж там скрывать. — Ты очень скоро привыкнешь к мадам Жаме и поймёшь, что она добрая.

Изящная смуглая ладонь соскользнула с моей груди и дышать стало гораздо легче.

— Да я уже это понял, — радостно киваю, — доброту же не спрячешь, хотя ваша мадам в этом преуспела.

— Неверное произношение очень оскорбляет её чувствительный слух. Одиссей это знает, и поэтому с некоторых пор приветствует мадам исключительно молчаливым поклоном.

— Серьёзно? — я развеселился. — О-оди, что я слышу, так значит, ты тоже не совершенен? Как же ты не сумел очаровать даму?

— Эту даму мало кто способен очаровать, — недовольно проворчал адвокат.

— А «мало кто» — это как раз я! — рубанув себя кулаком в грудь, я осознал, что отступать уже некуда.

А Одиссей закатил все четыре глаза и с видимым облегчением принял вызов с мобильного.

— Простите, я вас оставлю ненадолго, — расшаркался он и бегло заговорил со своей трубкой по-английски.

Твою ж мать, вокруг меня одни полиглоты! И я весь такой… одинокий непонятый патриот.

— Можешь не торопиться, — напутствую вдогонку адвокату и встречаю смешливый и укоризненный взгляд Дианы. — А что я не так сказал? Уж поверь, этот твой зубастый пудель не даст себя в обиду. А-а, кстати, я чего вспомнил-то недавно… он же заикался, я точно слышал. А куда сейчас подевалась эта его милая изюминка? Я бы и сам у него спросил, но это как-то…

— Во-первых, Одиссей заикался только в моменты сильного волнения, а во-вторых… зачем мне адвокат, даже такой умный, как Оди, если он двух слов связать не сможет. Поэтому мы исправили его изюминку.

Прозвучало очень двусмысленно, но я не стал отвлекаться.

— А это так легко, в смысле исправить? — поинтересовался я с надеждой и уже мысленно начал прикидывать, как бы приспособить к чудесному исцелению девочку с персиками. Кирюха говорил, что Стефания уже была у разных логопедов, но толку оказалось мало.

— А это, Гена, зависит от мотивации. У нас с Одиссеем она была достаточно мощной для того, чтобы справиться с дефектом — Оди хотел на меня работать, а я сильно нуждалась в нём.

Ну да, Стефания ей вряд ли настолько же понадобится. Но, может быть, она заинтересует этого… да как же его там, задрать его в объектив! Фотографа, короче! Мне хочется сразу озвучить все мои просьбы, но, думаю, что прямо сейчас это будет не слишком удобно, и для приличия надо бы выдержать некоторое время. А в идеале — как можно быстрее стать полезным.

— Понятно, — я беспечно улыбаюсь, хотя мне ещё ни хрена не понятно, и с энтузиазмом выпаливаю: — А поведай-ка, моя Королева, про наши ближайшие планы. И признайся сразу, в твоей каменной избушке есть какой-нибудь тренажерный закуток?