Книга Руководство по соблазнению, страница 68 – Ви Киланд, Пенелопа Уорд

– Ты издеваешься? Это былоохренительно!

– Ты не злишься?

– Злюсь? Да мне хочется тебя расцеловать!

Он ухмыльнулся.

– Доверяй своим инстинктам.

Я рассмеялась.

– Серьезно, это было идеально, Колби. Она этого никак не ожидала, и ты произнес это, не повышая голоса и не устраивая сцен.

– Честно говоря, я думал, ты преувеличиваешь, когда несколько раз говорила про свою мать.

– Хотела бы я, чтобы это было так. – Я взяла Колби под руку. – Давай попробуем о ней забыть. Идем. Вон там Девин, мой наставник. Он только что вошел. Я тебе о нем рассказывала. Он заинтересовал меня татуировкой, и я у него училась. Я хочу вас познакомить.

Мы поболтали с Девином, и я повела Колби по залу, показывая ему произведения искусства. Мы обошли весь зал по периметру, останавливаясь у каждого экспоната, а когда подошли к моей секции, я занервничала. Колби видел мои татуировки, но еще не был знаком с тем видом искусства, который я показывала здесь сегодня. Я глубоко вздохнула, когда мы остановились перед первой картиной – обнаженной женщиной, лежащей с выгнутой спиной. И ее лицо, и мышцы выглядели напряженными. Вся картина была выполнена в черно-белых тонах, за исключением фрагмента ярко-красной шелковой ткани на ее груди.

– Это одна из моих работ, – сказал я. – Мама заставила меня переименовать ее для шоу.

– Вот это да! Невероятно. – Колби взглянул на крошечную табличку под картиной. – К Еве, – прочитал он. – Что это значит?

Я рассмеялась.

– Понятия не имею. Полагаю, это какая-то отсылка на библейскую Еву.

– Как рисунок назывался изначально?

– Я называю его«Пик перед наслаждением». В моем представлении эта поза отражает момент перед наступлением оргазма.

Колби снова посмотрел на картину. Он долго изучал женщину, а затем сглотнул.

– Это красиво, Билли. Я смотрю на нее и ощущаю волнение.

Я толкнула его в плечо и понизила голос.

– Волнение, да? Хочешь узнать, в чем секрет этой картины?

– Еще как хочу!

– Я сфотографировала себя обнаженной в этой позе, чтобы потом по фотографии нарисовать изгиб спины.

Взгляд Колби упал на мои губы.

– В твоем телефоне осталось это фото?

Я сверкнула злобной усмешкой.

– Не исключено…

Он застонал.

– Ты убиваешь меня, женщина.

Нам потребовался час, чтобы рассмотреть все произведения искусства, а потом мне понадобилось в туалет. Я извинилась и ушла.

А когда вернулась, то обнаружила, что Колби снова изучает эту картину. В руках он держал два бокала шампанского и кусок плотного картона.

– Подошла женщина и спросила, не хочу ли я еще бокал шампанского, – объяснил он. – Так что я взял нам.

– О, отлично. Спасибо.

Он показал карточку.

– Еще она дала мне это. Что это такое? Идентификационные номера всех картин или что-то в этом роде?

– Это прайс-лист, – с улыбкой объяснила я.

Колби отхлебнул шампанского и закашлялся.

– Прайс-лист? – Он поднес карточку к глазам. – Они пропустили точку, которая бы отделяла доллары от центов?

Я усмехнулась.

– Нет. Мама никогда не указывает центы. Да и сам значок доллара считает безвкусным и отвратительным. Вот почему здесь напечатаны только цифры.

Колби указал на висевшую перед нами картину.

– Значит, если я захочу ее приобрести, мне придется заплатить одиннадцать тысяч пятьсот долларов?

Я покачала головой.

– Ты не можешь ее купить. – Я указала на маленькую цветную наклейку на табличке. – Похоже, картина уже продана.