Книга Руководство по соблазнению, страница 158 – Ви Киланд, Пенелопа Уорд

– Ладно.… Что ж, думаю, через день-два мы сами все узнаем.

Майя кивнула и опустила глаза. Она долго молчала, прежде чем продолжить:

– Мой адвокат сказал, что когда по делу выносится окончательное решение, уже нет риска, что следователь передумает. Если дело закрыто, они уже не могут посещать нас на дому и так далее – это противоречит процедуре. Так что завтра утром я от тебя съеду, если ты не против.

– О… да. Хорошо.

Она повернулась и посмотрела на меня.

– Послушай, Колби, я помню, что уже это говорила, но я искренне сожалею обо всем, через что заставила тебя пройти. Тому, что я натворила, нет оправдания, но мне было гораздо легче, когда я не знала тебя и Сейлор. Мысленно я оправдывала все свои действия. Ты, в моем понимании, был парнем, который бродит по стриптиз-клубам и приводит домой любую доступную женщину, которая согласится с ним пойти. Ты использовал женщин. Так почему я не могла использовать тебя? – Она вздохнула. – Но ты совсем не похож на человека, образ которого я составила в своей голове.

Я провел рукой по волосам.

– Возможно, когда мы познакомились, я отчасти был тем человеком. Но кем бы я ни был, я изменился в ту минуту, когда в моей жизни появилась дочь. – Я покачал головой. – Ты извинялась даже больше, чем раз, а я не делал этого никогда. Я же не вернулся в клуб, где ты работала, после нашего знакомства, чтобы пригласить тебя поужинать. Так что, возможно, я и был таким, как ты описала. И я об этом сожалею. Я бы ни за что не хотел, чтобы какой-нибудь мужчина так обращался с Сейлор.

Глаза Майи наполнились слезами.

– Тот факт, что ты извиняешься передо мной после всего, что я сделала, многое говорит о том, какой ты человек. Сейлор повезло, что ты ее папа.

– Спасибо. Для меня это очень много значит.

– Она особенная девочка, Колби. Ты и сам это знаешь, мне нет надобности тебе это говорить. И особенная она благодаря примеру, который ты подаешь ей каждый день. Многие родители учат детей быть добрыми, а сами своим поведением демонстрируют нечто иное. Но ты не произносишь пустых слов – ты показываешь своей дочери правильный образ жизни. Черт возьми, сейчас ее даже нет рядом, и все же ты извинился передо мной и проявил больше доброты, чем я заслуживаю. – По щеке Майи скатилась слеза. – Я хотела бы быть ей матерью. Правда. Но я никогда не доверяла себе в этом вопросе.

Я думал, что Майя ушла, потому что была эгоисткой, но, возможно, я неправильно оценивал ситуацию.

– Много лет я думал о том, что скажу, когда Сейлор в конце концов спросит, кто ее мама. Я никогда не мог придумать ответ, который не причинил бы ей боль. Но, думаю, теперь он у меня есть.

– И какой он? – вытирая слезы, пробормотала Майя.

– Когда она спросит, я объясню, что иногда уход – это не эгоистичный поступок, а самоотверженный. Что ее мама любила ее настолько, что хотела для нее лучшей жизни, чем, по ее мнению, она могла ей дать.

– Спасибо. – Майя шмыгнула носом. – Благодарю тебя от всей души.

Я кивнул в сторону двери.

– Мне пора отпустить няню.

– Могу я… попросить тебя о большом одолжении?

Я с ухмылкой приподнял бровь.

– Хочешь сказать,еще об одномбольшом одолжении?

Майя рассмеялась.

– Да, так и есть.

Я встал и протянул руку, помогая ей подняться.

– Что тебе нужно?

– Могу я пригласить Сейлор поесть мороженого сегодня вечером? Только мы вдвоем, она и я?