Онлайн книга «175 дней на счастье»
|
Теперь холодели не только ладошки, но и ступни. Леля не знала, что делать, если Илья не поможет ей. Не желая ни о чем думать, она опустила крышку унитаза и села, положив голову на колени. Мыслей не было. Было только отчаяние, конца которому Леля не видела. Она стала представлять, что так останется навсегда. Закончится школа, а если и в институте у нее не получится завести друзей? Если и там она чем-нибудь всех оттолкнет? А потом работа. На работе вообще друзей не заводят. Во взрослой жизни никому настоящие друзья не нужны, все ими уже обзавелись в школе и в институте. А потом сорок лет, пятьдесят, пенсия… И все это время в одиночестве. Родители умрут. Не останется никого. Ни одного живого существа, которому Леля была бы ценна и важна. Впервые с развода родителей Леля подумала, что гораздо проще закончить это сейчас. Как будет хорошо, когда вмиг исчезнут проблемы. Почти в ту же секунду мысль эта напугала ее до глубины души. Она почувствовала, что не шутит, что у нее сейчас и правда мало сил, чтобы сопротивляться. Как страшна безнадежность… Когда тянется, тянется, тянется, тянется… и никак не кончается. Хлопнула дверь туалета. – Лель? Леля быстро подняла голову с колен. – Я тут. – Сейчас открою. Через секунду Леля увидела Илью. Он смотрел на нее внимательно и серьезно. Леля встала и пожала плечами. – Вроде мелочь, – глухо проговорила она, – а все, я больше не могу. – Можешь, конечно. Как иначе? Леля вышла из кабинки. Рядом, тут же, она увидела швабру, которая и держала ее в заложниках. Почему-то в груди с новой силой вспыхнул стыд. Нет-нет, нельзя себя распускать и показывать Илье, как ей больно. Леля еще раз пожала плечами, но уже не обреченно, а высокомернои подошла к умывальнику. В туалете было мрачно, поэтому ее лицо в отражении показалось ей совсем бледным, а глаза испуганными и большими. Вдруг стыд сменила огромная жалость к этой девочке в зеркале, и Леля закусила губу, чтобы не заплакать. Илья все еще молчал. Наблюдал ли он за чередой эмоций на ее лице? Леля сунула руки под теплую воду и стала пристально смотреть на струю, но на глаза набегали слезы. Терпеть больше не было никакой возможности. Леля тихонько всхлипнула. – Ты плачешь, что ли? – спросил Илья. – Нет. – Я поговорю с ребятами. – А какой толк? Любить-то от этого они меня больше не станут. – Леля выключила воду и провела руками под глазами, мешая слезы с водой. Она снова посмотрела на себя в зеркало. Ее собственный вид ей показался еще тоскливее, и к глазам опять подкатили слезы. – В общем, – она глубоко вздохнула, – спасибо, что помог. – Ты домой? – Нет, репетиция еще. Ты помнишь же? Хотя она началась полчаса назад… – Да, я просто думал, что ты не пойдешь. – По мне не скажешь, но я обязательный человек. Они вышли из туалета и вместе направились в зал. На сцене уже что-то репетировали. В первом ряду сидел директор. Когда Леля остановилась около него, он нахмурился. – Вы знаете, – иногда, когда злился, Сергей Никитич мог по университетской привычке переходить на «вы», – все-таки, если уж вы дали слово не подводить, то его нужно держать. – Извините. – Давайте заменим ее уже, Сергей Никитич! – услышала Леля со сцены голос Маши, не скрывающей удовольствия от происходящего. – Почему мы должны терпеть ее опоздания? |