Онлайн книга «175 дней на счастье»
|
– Мы с тобой давно не говорили, – сказала она. – Ты кажешься какой-то отстраненной. – Тебе показалось. – Сказала она отстраненно, – улыбнулась Таня. – Как твоя первая любовь? Все еще большая и чистая? Я промолчала. – О, «ГНВ», – Таня взяла книгу с прикроватной тумбочки. – Ты дочитала, кстати? – Нет еще. Переключилась на книгу про московских коллекционеров картин. Купила, когда мы в музей ходили, помнишь? – Слушай, солнце, ты все-таки какая-то не такая. Сегодня посмотрела на тебя за ужином, а у тебя не глаза, а глазища – огромные, как у олененка. И такие же грустные, будто ты олениху потеряла. Я еще подумала, может, зря я над тобой смеялась. Может, ты с виду маленькая, а сердце у тебя уже на большие чувства способно. В этом случае мне жаль, если у тебя случилась безответная любовь. Хочешь, обниму? И так мне вдруг грустно стало, что я заплакала. Таня ко мне подлетела, я уткнулась лбом ей в живот и вволю настрадалась. Потом мы залезли под одеяло и обнялись. – А у тебя было такое, чтобы из-за мальчика очень больно? – Было, конечно, как безэтого, – сказала Таня. – И что? И как? – Да, знаешь, как все… Страдаешь себе, страдаешь, а потом проходит, будто кипяток остывает. Даже с определенным ностальгическим удовольствием потом все вспоминается. – Я не знаю, – недоверчиво протянула я. – Мне кажется, я буду любить его всегда. – А вообще, солнце, очень хорошо, что ты безответно любишь. Сашка хоть подальше от тебя держится. Я вот узнала его за это лето, и, честно скажу, правда чем-то Печорина напоминает, только он еще немного позер, как Грушницкий. Ужас! Так и жду от него какого-то страшного поступка, который разрушит чью-то жизнь. Хорошо, – повторила она, – что ты его только на расстоянии любишь. Хотя лучше бы твоей первой любовью был Юрка. – Почему? – удивилась я. – Хороший парень. Славный. Понятный, добрый, с юморком. – Да он простой, как вода в луже. – Ничего-то ты не понимаешь. И переубеждать тебя бесполезно, вот в чем соль. Тебе самой переболеть надо. Остыть вот к таким никчемным печориным и полюбить юр. – Он не никчемный. – Все, солнце, пойду! Спокойной ночи! В общем, она ушла, а мне не спится. Совершенно не спится. Август, 18 Боже мой! Я не понимаю, совсем ничего не понимаю! Сегодня Дмитрий Сергеевич обсуждал с мамой свадьбу Алекса. Но ведь Алекс с Элизабет расстались. Или как он сказал мне тогда? Я не могу вспомнить, что он мне об этом сказал! Я перечитала запись от 26 июля, но ведь я и ее писала по памяти… Что же он сказал про Элизабет? И спросить не могу, он ушел прогуляться по городу. Да и что я ему скажу? «А ты меня не обманываешь?» Позор какой! Он обидится и будет прав! Август, 19 22:00. Меня уже ничего не спасает. Сегодня он отвел меня в сад, встал против ветра (и так у него волосы сразу красиво затрепыхались), глубоко вздохнул и сказал, глядя вдаль: – Маша, понимаешь, я должен. Я буду любить тебя всю жизнь, ты глубоко в моем сердце. Я тронут твоей искренностью. Я тебя никогда не забуду, но я должен. Это моя обязанность – сдержать слово. Я весь день как вареный овощ. Даже слез нет. 23:50. Боже! Август, 20 Он уехал. Август, 21 Он уехал… Он приходил за ночь до отъезда ко мне в комнату. Я страшно смутилась, когда открыла дверь в одной ночнушке, а там он… – Какая ты бледная, Маша, неужели из-за меня? Ты правда так любишь меня? |