Онлайн книга «Поиск сокровищ»
|
– Звучит разумно, – отозвался Рома и протянул Лесиной бабушке букет цветов. Та сразу заахала, расчувствовалась и вышла из комнаты, чтобы никого не смущать слезами. Рома и Валерий Евгеньевич остались наедине. Оба не знали, что сказать, оба волновались, оба любили Лесю и хотели ради нее друг с другом поладить. – Это вам, – Рома протянул Валерию Евгеньевичу коньяк. – Надеюсь, вы такой пьете. – Что значит «вы пьете»! Проходи, садись, вместе и по рюмашечке… Котенок, будешь? – Пап! – возмутилась Леся, вынося из кухни большое блюдо с куриным филе и запеченными овощами. – Все, все, ты не любишь, я помню. Наконец все сели за стол. Бабушка почти ничего не ела, только смущенно смотрела в тарелку и изредка бросала восхищенные взгляды на внучкиного друга. Очень он ей понравился, такой высокий, красивый, вежливый. Леся поочередно накладывала еду то папе, то Роме и прислушивалась к их разговорам с замираниемсердца. Больше всего на свете она боялась, что отец и Рома не поладят, слишком во многом они были разные. Рома вообще не пил и не любил этого, как и Леся, но сегодня, она заметила, он сделал исключение и не стал отказываться от налитой рюмки. Видимо, помнил, что Леся говорила, что отец старой закалки и для него не бывает уютных застолий без алкоголя. – Котенок, а давай мы с тобой споем! – предложил Валерий Евгеньевич. – Ну па, ну не надо. – Леська у нас любит, – добавил отец, обращаясь к Роме. – Да я заметил. На раскопках она постоянно что-нибудь напевала. – Да? Вот молодец! Вот ты скрасила этим занудам поездку. Ой, Рома, а ты… – Я архитектор, но тоже зануда. – И правильно! Леська тоже иной раз как занудит, аж тошно становится. О, котенок, а ты рассказывала Роме про тот случай с МРТ? Леся смутилась под пристальным взглядом Ромы. Они переписывались весь год, пока он был в армии, и она уверяла его, что таких приступов ипохондрии и тревоги, какой он наблюдал, у нее ни разу больше не было. Не хотелось заставлять Рому переживать, но на самом деле иногда, особенно первые пару месяцев после возвращения в Москву, она проигрывала своей ипохондрии и ходила проверяться. Так один раз она подумала, что головные боли явный признак рака мозга, и оказалась на МРТ. «Это нормально, – говорила ей психотерапевт, к которому Леся все же начала ходить, – ничего страшного. Постепенно старые привычки мышления и поведения будут ослабевать». – Так что там с МРТ? – спросил Рома. Отец засмеялся. – Лесь, ну скажи, это правда смех! Что ты мне потом написала? – Что мне не понравилось лежать в аппарате МРТ, потому что врач запретил мне петь. Там просто нельзя губами шевелить, – пояснила она. Все за столом рассмеялись, и атмосфера стала совсем легкой. Когда в конце вечера Леся ушла заварить чай, а потом вернулась, увидела, что бабушка дремлет прямо за столом, опустив голову на грудь, а Рома и отец о чем-то переговариваются. – Что такое? Какие-то вы таинственные, – сказала Леся шепотом, чтобы не разбудить бабушку. – Ничего, ничего, котенок, ты не переживай. Доставай пока тортик, нарезай, а мы с Романом отойдем. И под изумленным взглядом Леси отец и Рома закрылись в ванной. Леся ничего не понимала, но все же сделала, как попросил отец. Когда мужчины вышли и как ни в чем не бывало сели за стол ипринялись пить чай, Леся не выдержала. – Ну что?! – Я потом тебе скажу, Лесь, – сказал Рома и улыбнулся. А отец добавил со всей серьезностью, на которую был способен: – Любопытной Варваре на базаре нос оторвали. Леся поджала губу. Через полчаса Рома с Лесей собрались уезжать. Их еще ждал ужин с Лесиными и Ромиными друзьями. За один вечер они решили всех перезнакомить. Валерий Евгеньевич их провожал в коридоре. И когда они ушли, закрыл за ними дверь. – Так о чем вы говорили с отцом? И зачем надо было запираться в ванной? – услышал он, как Леся спрашивает Рому в подъезде. Слабо улыбнувшись, Валерий Евгеньевич вошел в зал, накрыл тещу пледом, поцеловал ее в морщинистую щеку и сказал тихо, чтобы не разбудить: – Выросла наша с тобой девочка, выросла. Скоро будем на свадьбе гулять. |