Книга Поиск сокровищ, страница 86 – Зина Кузнецова

– Что такое? – спросил он, заглушив машину и повернувшись к Лесе.

Леся видела по его глазам, что он знает, в чем дело, но не будет делать первый шаг. Слишком порядочный, слишком ответственный, чтобы переступать черту, когда через неделю им уже предстоит расстаться на целый год.

Леся медленно поцеловала его и отстранилась, заглядывая в глаза.

– Леська, – хрипло начал Рома.

Леся снова поцеловала его. Она знала, что он будет говорить что-то очень правильное и разумное, что он искренне не хочет обидеть ее, и прочее и прочее.

– Мне абсолютно все равно, – сказала она, прямо и честно глядя Роме в глаза, – что будет через год. Даже если мы расстанемся, сейчас-то я влюблена в тебя. И я не понимаю, почему мы должны говорить этому чувству нет.

Рома раздумывал еще несколько секунд, а потом поцеловал Лесю уже иначе, не так нежно и почти невинно, как обычно. Такого между ними еще не было.

Они перебрались на заднее сиденье.

Потом, после всего, Леся ехала задумчивая и спокойная. В груди у нее сидело тихое счастье. Рома взял ее за руку, притянул ладонь к губам и поцеловал, на секунду оторвав взгляд от дороги. Леся улыбнулась ему.

Когда они приехали в лагерь, ей казалось, что все всё понимают, что по ней видно, что между ней и Ромой произошло, и что улыбка каждого участника раскопок говорит: «Ну как тебе взрослость? Теперь и ты среди нас».

В последнем кургане так ничего и не нашли.

А. А. ходил бледный, как больной гриппом. В этом году у него больше не осталось попыток. Он снова проиграл. «Интересно, – думала Леся, наблюдая, как он не смотрит никому в глаза и растерянно передвигается по лагерю, не в состоянии проконтролировать сборы, – решится ли он в следующем году попытать счастья? Даст ли отец ему денег?»

Когда весь лагерь был убран и рюкзаки участников экспедиции вновь забиты под завязку, Леся оглядела поле, где только недавно кипела жизнь. Сейчас нива мирно покачивалась под палящим солнцем, и ничто не нарушало ее покой. Только в тех местах, где стояли палатки, остались островки примятой травы.

Прощаясь с пейзажами, которые за полтора месяца стали для нее родными, Леся бросила взгляд на церквушку вдалеке. Нежная, изящная, она стояла среди этой пустоты и тишины. Лесе нестерпимо захотелось посмотреть на фреску последний раз, признать, глядя в глаза святой, что она сдается, что так и не разгадала этот ребус.

Все уже сели в микроавтобус и уехали. Решено было, что Сева и Леся отправятся вместе с Ромой на его машине и заодно заедут за Катей в больницу.

Леся попросила ребят подождать ее несколько минут и побежала по полю к холму.

Когда дверь церкви знакомо скрипнула и Леся оказалась в прохладном, тускло освещенном зале, ей стало жутко. До этого она никогда не была здесь одна. На секунду ей захотелось отказаться от своей идеи и вернуться к парням, но она взяла себя в руки и прошла вглубь церкви. Ничего здесь не указывало на то, что еще недавно большая группа археологов исследовала это место.

Леся встала напротив фрески и внимательно посмотрела на нее. В голове завертелось все: и дыра в стене больничной беседки, и Настя, нарезающая хлеб, и рассказы о Пугачеве, и его портрет, который она видела в интернете, и снова глаза, глаза, глаза…

Куда смотрит Ульяна… Леся повернулась и снова подошла туда, где скрывался тайный проход… Но нет! Леся резко повернулась назад. Куда смотрит Ульяна? Куда! Ну же, куда! Леся подошла к фреске ближе и посмотрела внимательно. Ну конечно! Ульяна, та, которая распродала все, что имела, чтобы во время голода накормить нищих, смотрит не на стену и не на пол, она смотрит на буханку хлеба!