Книга Звонкие чувства, страница 77 – Зина Кузнецова

– А я на той неделе писал олимпиаду школьную по инглишу, – сказал Вова, проглатывая конфетку. – Первое место, Роза Романовна. Зацените!

Роза улыбнулась и похвалила его.

– Там еще этот Грю Юлькин из «Б» участвовал и парочка моих одноклассников. Но ясно же, что я лучше их всех все знаю. Ну скажите, Роза Романовна, я ведь умнее ваших других учеников.

Роза сказала, что у нее все ученики умные.

– Ладно, я понимаю, что вы про своих учеников либо хорошо, либо никак… Но я-то знаю, что я у вас самый классный. Я знаю, Роза Романовна.

В конце занятия она не смогла удержаться, чтобы не спросить:

– Ты меня извини за любопытство, но раз уж ты меня посвящал во всю эту ситуацию… Как у тебя с Юлей дела?

Вова нахмурился.

– Ну как-как… У меня свои методы, Роза Романовна.

– Ну а ты уверен, что она действительно хочет, чтобы ты ее добивался?

– А какая разница? – искренне удивился Вова. – Я-то ее люблю. Что мне с этим делать? Если я ее люблю…

Роза кивнула.

– Спасибо за чай, Вова, – только и сказала она.

– Ага, не за что.

В коридоре, когда Роза одевалась, пушистый шпиц вдруг запищал и стал крутиться около входной двери.

– Ой, его, наверно, выгулять надо, – сказала Роза.

Вова пожал плечами:

– До мамы потерпит. Там дождь. Что я, мокнуть, что ли, должен из-за ее собаки?

– До свидания, Вова.

– Ага, до свидания, Роза Романовна.

4

На улице Роза быстро открыла свой огромный, мужской черный зонт с тяжелой ручкой и быстрым шагом направилась на встречу с Митей. Они хотели выгулять вместе Иммануила и поесть пиццы. Розе было неловко предлагать другу куда-то зайти, потому что она все еще не имела никакого представления о том, работает ли он, и она обычно всегда старалась поесть дома перед встречей. И если они и заходили в кафе, то только по Митиной инициативе, как и в этот раз.

Роза пришла раньше и проболтала еще минут пятнадцать по телефону с мамой, подпрыгивая на месте, чтобы согреться.

Когда около ее ног закрутился радостный щенок, а Митя легонько щелкнул ее по носу, она попрощалась с мамой и сказала:

– Я уже на девяносто процентов не из воды состою, а из льда.

Парень нахмурился:

– Так замерзла? Черт, извини! Иммануилу все интересно, с ним быстро ходить пока невозможно. Давай я тебя пиццей сначала накормлю, растопим в тебе снежную королеву, а с Иммануилом потом погуляем.

Митя взял у Розытяжелую ручку ее зонта, и они, близко прижимаясь друг к другу, пошли в забегаловку в переулках центра, где готовили вкуснейшую пиццу.

– Иммануил, – покачала головой Роза. – Все-таки ужас, а не кличка. Кстати, об ужасе. Ты слышал, что у нас в городе какая-то шайка разбойников завелась? Залезают в квартиры, грабят. Мама мне вот только что рассказала. Говорит, что купила еще один замок на дверь.

– Слышал, родители мне тоже рассказывали. Но они завели еще одну овчарку.

Они спустились в маленькое квадратное подвальное помещение, где было только три или четыре столика. Они заняли последний свободный и сделали заказ. Сверху, за дверью со стеклом, лил дождь, смывая робкий ноябрьский снег. Выл ветер, а здесь горели теплым светом лампы на столах, а люди отбрасывали уютные тени.

Заказ им принесли быстро.

Иммануил устроился около Митиных ног, когда тот сказал ему строго: «Рядом».

– Ух ты! Ты уже его командам обучил?

– Ну так, он выборочно понимает. Иногда вредничает. С кем у тебя занятие было? Снова Люсин брат?