Онлайн книга «Звонкие чувства»
|
Ей ужасно захотелось, чтобыИммануил всем своим видом показал, что ее, Розу, он любит больше, чем эту незнакомую девушку. Но, может, и не незнакомую… Может, Диана с Иммануилом увиделись даже раньше Розы. Но ведь кличку для собаки Митя придумывал вместе с ней! Интересно, почему? Пока они знакомились на площадке, двери лифта уже закрылись, и он уехал вниз. Митя снова нажал на кнопку, а Роза, погладив щенка на прощание, постучала в Анину дверь. – Привет, – прохрипела подруга. – Ой! Эклерчики! У меня как раз вся еда в доме закончилась. Я, наверно, килограмма два набрала. Валяюсь в кровати… Митя, Диан, привет! Роза вошла и, когда Аня закрыла дверь, сказала, снимая пальто: – Ты знаешь ее, да? – Да, она у него постоянно бывает. Милая такая, бегала мне за каплями от насморка. Розе стало стыдно: – А мне почему не позвонила? – спросила она. – Не парься, зачем тебя надо было дергать. Ты далековато живешь. А Оля где? – Отсыпается. Вчера в клуб ходила с каким-то новым парнем. – Ну хоть у кого-то личная жизнь насыщенная. Кутаясь в огромный свитер, на который наверняка не налезало ни одно пальто, Аня прошла на кухню. Ее кот бежал за ней. – Значит, Диана милая… – сказала Роза, замыкая эту цепочку. – Да, нормальная девчонка. – А давно они вместе? И как у них все вообще? Аня обернулась и улыбнулась: – А ты с какой целью интересуешься? – С целью сплетен. Подруга поставила на стол перед Розой кружку чая. – Ты ревнуешь, что ли? – Нет. – Просто ты обычно чужой жизнью мало интересуешься. А тут вдруг хочешь интимных подробностей. Может, все-таки у тебя к Мите… – Мы дружим. – Я знаю, знаю. Просто подумала, что, может, что-то изменилось. – Нет. С улицы до их квартиры долетело веселое гавканье собаки. Роза подошла к окну, держа теплую кружку чая в руках. Митя обнимал Диану за плечи одной рукой, а в другой держал поводок. Иммануил бежал впереди. – Я не ревную, – сказала Роза, обернувшись. – Но тот факт, что у него есть девушка, неожиданно выбивает меня из колеи, – она помолчала, а потом добавила: – Плакать хочется. – Я три дня гналась за вами, чтобы сказать, как вы мне безразличны. – Прекрати. – А ты будь честна. Роза отвернулась от окна и посмотрела на подругу: – Ань, если я сейчас скажу, что он очень нравится мне, я будто спущу курок, понимаешь? Пока я это не сказала, у меня все хорошо. – Боже ты мой, – ответилаАня, – почему же мы такие несчастные? – Мы не несчастные. Просто пока не встретили своих людей. – Вчера созванивалась с родителями. У их друзей есть дочка, она помладше нас года на три. И мама рассказала, как они вчера собирались с этими друзьями и шутили, что если эта дочка не выйдет замуж до двадцати одного, то они посадят ее в телегу и повезут по городу со словами: «Созрела! Созрела!» А потом мама добавила, что меня тоже надо сажать в телегу, но кричать: «Перезрела! Перезрела!» – Аня рассмеялась. Роза смотрела на подругу и ничего не говорила, только в груди ворочались обида и раздражение, но не на подругу, а на ее семью. – Они уже не понимают, – сказала Роза наконец, – что в наше время невозможно жить по шаблонам их времени. Сейчас уже странно выйти замуж в восемнадцать и в двадцать родить. Конечно, кто-то так делает, но все-таки это происходит реже, чем раньше. Любовь изменилась, но одновременно с этим и осталась прежней. А они этого не понимают. Вообще никто из людей прошлого не способен понять, как тяжело нашему поколению приходится в поисках любви. Век разобщенности какой-то. Но при этом все так этой любви хотят. Помнишь, как в детстве. Тебе обидно, что всем дали конфету, а тебе нет, и ты громко говоришь, что вообще конфеты не любишь и не ешь. |