Книга Я верну тебя, страница 22 – Элен Ош

А сердце тревожно колышется, словно осторожный огонек, который только что зажегся…

Его прикосновения как погружение в мир новых ощущений и не похожие на те, что были раньше.

Я растворяюсь под ладонями Валеха, плавно скользящими по телу, повторяя его изгибы.

Он опытный, взрослый, вызывающий трепет от пронзительного взгляда, но сейчас в его поцелуях проскальзывает нежность и забота.

Я, буквально, пленилась им, окутанная туманом чувств, которые никогда раньше не испытывала…

Это то мгновение страсти, где время останавливается, позволяя двигаться в собственном ритме.

Один только поцелуй вызывает внезапную дрожь по телу…

Я закрываю глаза, чтобы в полной мере насладиться моментом, запечатлев его в памяти навсегда.

Наше дыхание соприкасается, словно мысли и чувства переплетаются в одном поцелуе.

Валех знает, как меня разжечь, как пробудить желание и страсть. Его близость заставляет меня дрожать от волнения, от того, как он умело играет чувствами.

Я марионетка в его руках, и под пальцами Валеха танцует моя душа…

Забываю как дышать… Так бывает? Видимо, да.

Голос Кайсарова раздается сквозь плотную массу в ушах, а я пребываю в эйфории, мерно покачиваясь в его руках.

— Матильда, дыши! — шепчет мне на ухо.

Я делаю глубокий вдох и задерживаю дыхание. Но сердце по-прежнему гулко барабанит.

Очуметь! И это только поцелуй…

Как прикосновение руки к моей душе, разгоняющее сомнения и страхи, оставляющее лишь жажду и восторг.

А тело отзывается фейерверком чувств и желания: быть с ним, целиком и полностью.

Интуитивно бедра смыкаю. Отсутствие трусиков даже к счастью: уже бы увлажнились от мгновенной страсти.

Но Валех не распускает руки, проверяя, насколько готова девочка. Лишь по губам большим пальцем проводит. Играет с ними. Наблюдает. Забавляется.

Изучает меня хитрым взглядом. Улыбается. Знает, что возбудилась, но молчит. Время тянет.

Удивляюсь его выдержке. Сама же сталь его достоинства сквозь ткань брюк низом живота ощущаю, когда к себе прижимает.

И снова щеки краской наливаются от мысли, что увидеть его хочу. Всего! Без ограничений.

А что такого? Мне уже восемнадцать лет. Совершеннолетняя, но без царя в голове, как мама иногда говорит.

Ой, мамочка!

Мысль о родителях производит самое отрезвляющее действие. Похлеще ушата с ледяной водой.

Видимо, в лице меняюсь, потому как Валех отпускает меня, а я тут же попадаю в плен легкого порыва ветра. Он раздувает полы халатика.

Удерживаю низ, едва ли не повторяя движения Мерлин Монро, когда сквозняк подол ее платья поднимал.

Вал меня вниз утягивает, в каюту:

— Идем, ужинать будем.

— А мы надолго здесь? — немного с сожалением покидаю палубу яхты, не успев насладиться потрясающим видом заката на фоне моря. А город уже утонул в глубоких сумерках.

— Зависит, насколько ты отдохнула и восстановилась.

— А потом? — следую за ним и вхожу в кают-компанию, останавливаясь посреди и не зная, что делать дальше.

— Вернемся на берег. Ройс привезет для тебя новую одежду, и отвезет домой.

— Правда?! — ушам не верю.

Он отпускает меня? Без всякого там? Но вроде как сделку заключал…

Планы меняются?

Я обуза для Кайсарова. Слабое звено в цепи, по которому можно бессовестно бить и требовать у него выкуп.

Но чувство сожаления лавиной обрушивается на меня. Сноситк херам весь здравый смысл, без права на реабилитацию.