Книга Бывший. Спасибо, что лгал мне, страница 44 – Элен Ош

Каждую минуту я бросала взгляд на часы, а те, как зачарованные, не двигались. Пока не позвонил Свят…

Переступаю порог кафе, а он из-за столика поднимается. Пиджак на одну пуговицу застегивает, и шаг навстречу.

Я быстро сокращаю расстояние, а внутри комок нервов наружу просится. Зубы стискиваю. Пальцы правой руки в кулак. А на среднем кольцо массивное. Отличный удар получится!

— Ну, бей!

Свят выпрямляется. Высокий, статный. В элегантном костюме. Руки опускает и смотрит так спокойно.

Неужели у меня на лице настолько красноречиво желание написано?

— Ненавижу тебя! — громким шепотом ему в лицо, насколько могу дотянуться.

Но бить уже нет смысла: намерение дать в морду от позволения Свята рассыпается пеплом.

А он лицо мое ладонями обхватывает, ниже склоняется, к самым губам и шепчет в ответ:

— Прости меня, Аня! Я не знал, что твою сестру…

— А как часто ты людей воруешь? — перебиваю его, глядя в глаза, пользуясь возможностью, пока так близко.

— Вот сейчас на грани того, чтобы повторить, но уже с тобой в главной роли, — нагло заявляет, а я вырываюсь.

Но Свят не отпускает. Ударяю его кулаком в грудь, ближе к плечу. Но куда там! Разве эту гору мышц пробить?

Когда-то любовалась им, слюни пуская от наслаждения, когда видела Свята с голым торсом. Себе завидуя. Но недолго…

— Ненавижу!

— А я люблю тебя, Анна!

— Не заговаривай мне зубы, Орлов! От ответа не уходи. Как часто, спрашиваю?

— Впервые, — выдыхает, отпуская меня, и стул отодвигает, чтобы я за столик уселась.

Смотрю исподлобья. Не доверяю. Ну вот как так? А он ладонью по лицу проводит. Снова пиджак расстегивает. Меня за спину аккуратно к стулу толкает:

— Присаживайся, пожалуйста! Поговорим спокойно.

— Ты и спокойствие — понятия несовместимые. С тех пор, как ты появился в моей жизни, я забыла, что такое безмятежность.

— Значит, любишь. Иначе бы тебе было все равно.

— Странная у тебя логика, Орлов.

— Но она еще не подводила, как и интуиция, которая подсказывает, что ты заинтересована во мне не меньше,чем тот же Фадеев.

— Любопытно, откуда такие умозаключения? — я усаживаюсь, обхватываю чашку с кофе ладонями.

— Ну, сама посуди. Ты слишком быстро согласилась на встречу. Раньше бы мне уговаривать пришлось или подстерегать. И причина не в сумочке сестры или врезать мне. Но тебе нужна помощь. Я прав?

— Допустим, — глоток кофе, чтобы скрыть нервозность, а он еще и эклер на тарелочке придвигает. — А адвокату какая корысть? Он свои деньги уже получил. Вряд ли ты свыше дашь или все же в качестве морального ущерба, из-за матери?

— Нет, — на спинку стула отклоняется, а в каждом движение уверенность сквозит, — Фадееву твоя сестра нравится, а у нее проблемы с бывшим. Ему как бы не пристало руки пачкать, перед законом еще отвечать придется, не дай бог. А вот я помочь могу. А он прикроет в случае чего.

— Ах вон оно что! Откуда ты знаешь?

— Трофимов звонил, когда Маша у меня была. Перепугалась, бедняжка. Вот я и сложил дважды два, что помогу, и на меня никто не в обиде за грубость моих людей. Поверь, Аня, не так все должно было быть.

— А как? Тихо по голове шмяк и в машину, а она кричать начала? Не по сценарию, да?

Цокает языком, криво усмехаясь. А я жду, что придумает. Уж на это Свят мастер! А пока эклер откусываю. Вкусный, зараза!

— Хотел сам ее выцепить в городе. Знаю привычный маршрут Антонины Петровны. Красиво бы все сделал. Сама бы поехала, без принуждения. Но занят был. Попросил своих людей, чтобы на дачу привезли. Но, ты в курсе как вышло.