Онлайн книга «Гулящий. Отдана брату мужа»
|
— А кто нужен? Эта? Псевдослужанка⁈ — снова срывается на истерику Милена, — мне Джаннет все рассказала! У нее внешность модели… — Аллах, дай мне терпения, — судя по интонации, он закатывает глаза. Дверь распахивается, чуть не вылетая из петель. Немая сцена. Я смотрю на них, они на меня. А на заднем плане Батыр. — Ненавижу… — цедит Джаннет и задевает меня плечом, проходя мимо. Милена тоже окатывает ушатом ненависти и проходит, фыркая, мимо. Но уже через мгновение я и думать о них не думаю. Есть опасность и пострашнее. То, как смотрит на меня Батыр. Заложив руки на груди, прожигает. И в то же время оценивает. Я неловко дергаюсь, начинаю поправлять в сотый раз платье и прическу. Я выгляжу через чур шикарно. И даже помпезно, я бы сказала. С удивлением обнаружила, что с утра в комнату ко мне постучал парикмахер, который шикарными пышными волнами уложил мои мои волосы. Платье — тоже настоящее произведение искусства. Светлоголубой, воздушный, делающий меня нежной и возвышенной… Слишком открытое, слишком яркое для вдовы… Я уже и забыла про себя такую в строгой робе служанки… Батыр сокращает расстояние между нами в два шага. Берет за руку, хмыкает и… Меня как в кипяток опускают, когда он одевает на мой безымянный палец кольцо. Огромный бриллиант сияет переливами. Сердце ухает в груди. Что… Что же он делает⁈ — Надеюсь, ты понимаешь, к чему это все о и чем, Диана? — говорит он, отпуская, наконец, мою руку, — мне нужно выбесить мою мать. Очень сильно выбесить. А еще нужно доказать ей, что ты под защитой и чтобы онаугомонилась в своей нелепой мести… Но между нами с тобой ничего не изменилось. Ты моя сабия. И твое место не за моим столом, а у меня на кухне… — Можешь не повторять, Батыр, — отвожу я глаза, — мне самой интересно как можно быстрее отработать срок и… никогда больше тебя не видеть. Он надменно усмехается. Только сейчас замечаю, что он неестественно бледный. Глаза сами бегут по мощной шее. Верхние пуговицы его рубашки распахнуты. И я невольно ловлю взглядом край бинта. Он ранен? Что у него на груди? Отвожу глаза. Не хочу об этом думать… Из столовой слышен звон посуды. Мальвина накрывает на стол. — Может я пойду и помогу? — Нет! — рявкает он, — ты сегодня тут за хозяйку. Не забывай. — Но… Мальвина поймет… Будет спрашивать… — Не будет… В моем доме не принято тыкать носом туда, куда не следует… Пожимаю плечами. Волнение внутри нарастает. В последний раз Луиза чуть не оторвала мне скальпель, продержав три дня в подвале. Она уверена, что это я виновата в гибели Джалила. Повторяет об этом, как заведенная… Как зацикленная. Никакие мои аргументы на нее не действовали, никакие клятвы и призывы одуматься… Она была одержима… — Пойдем… — говорит он, а я дергаюсь, как ужаленная, когда его рука касается моей талии и подталкивает ко входу в столовую. Мальвина тут же испаряется, робко кивнув, стоит ей нас увидеть, а у меня челюсть отвисает, когда вижу этот фантастический стол… Сколько я помню себя в семье Гусейновых, столько слышу о том, какой Батыр неблагодарный и не помнящий родства. Он годами не общался с родителями, и потому, эта встреча с матерью сейчас выглядит крайне странной. — Что мне делать? — спрашиваю его, растерянная. Батыр вдруг хватает меня за руку и улыбается. Недобро так. — Не ерзай так, Диана. Много лишних движений. Не бойся, она тебя тут не тронет. А вот заставить стерву психовать в наших общих интересах. Представляю, как ты хочешь ей отомстить за все эти годы… |