Книга После развода. Зима в сердце, страница 30 – Юлия Пылаева

Здесь и машина мамаши Миланы, которая гарантированно привезла с собой дочку, чтобы на пару поплакаться моим предкам.

И машина уёбка Зарубина. Так и хочется снова отходить его по наглой морде.

Ублюдок любезно взял на себя оформление моего развода с Таней, но забыл упомянуть, что бывшая жена родила.

Хлопнув дверью автомобиля, злыми шагами направляюсь к входу.

Да, это была моя задача — я должен был узнать, родила Таня или нет. Но я понимал, что если капну в прошлое, то меня оттуда уже ничего не вытащит.

Зря я тогда не справился и не понял, что в моей жизни важно на самом деле. Это один из тех поступков, простить которые не получается до самой смерти.

И чую — это именно мой случай.

Смотрю на Таню, на Снежану, и мне хочется что-то сделать. Такой поступок, который перевернул бы наши жизни с ног на голову.

Но в прошлое вернуться нельзя. И сказать на тот момент жене слова «давай родим, я буду только рад» — тоже нельзя.

— Сынок! — мама встречает меня на пороге, спешит обнять и поцеловать. — Я по тебе очень скучала. Где ты был?..

— У Тани.

Павел Золотов

Я знаю, что мать эти слова ранят, но правда всегда лучше лжи.

— Какой Тани? — я вижу, что уголки её губ стремятся вниз, но она, видимо, очень сильно не хочет верить в услышанное.

— У своей бывшей жены.

— Нет, — она смыкает веки и смеётся. — Этого не может быть, Паша. У вас с Миланой скоро свадьба, ты знаешь, как сильно я люблю эту девочку…

Аккуратно беру маму под локоть и веду её в зал, откуда раздаются голоса.

— Сиверцев только от меня скрыл, что Таня родила? Или ты тоже не в курсе, что у тебя есть маленькая внучка?

Мама застывает на пороге гостиной и поднимает на меня округлившиеся глаза, полные шока.

— Родила?.. — в её шепоте сквозит испуг.

— Тамара, иди к нам! — мать Миланы салютует моей маме бокалом вина. — О, Паша, и ты тут…

Она подносит бокал к губам, а сама, не моргая, смотрит прямо на меня.

Да-да, я прекрасно знаю о вашей поганой выходке, Анфиса Олеговна. И держать это в тайне вам осталось недолго.

Батя и Сиверцев курят на заднем дворе, их фигуры видны сквозь стекло.

Сначала я не понимаю, какого чёрта они так рано собрались, а потом до меня доходит, что весёлый вечер перешёл в утро.

— Паша! — Милана подходит ко мне со спины и обвивает талию руками.

Мама, увидев это, улыбается и отходит в сторону, давая нам пространство, так необходимое влюблённой паре.

— Сядь рядом со своей мамашей, — из-за моего тона у Миланы щеки бледнеют.

Испугавшись, она семенит к дивану, на котором в позе императрицы сидит её мать.

— Всё хорошо? — растерянно спрашивает меня мама и нервными движениями поправляет платок.

— Ты тоже присядь.

Согласно кивнув, она садится на ближайшее кресло. Болезнь её не щадит — если бы я не знал, что это моя мать, то не сразу бы узнал её худую и сутулую фигуру со спины.

— А что такое, Паша? Серьёзно выглядишь. Неужели какое-то заявление для нас приготовил? — звонко и с гонором бросает мне несостоявшаяся свекровь.

Милана буквально одёргивает мать и переводит на меня виноватый взгляд.

— Паша, пожалуйста… — одними губами шепчет она, потому что по моему тотальному игнору догадалась, что свадьбы не будет.

— Вам обеим, — киваю на неё с мамашей, — первое и последнее предупреждение. Если вы ещё раз решите подкараулить Таню, наговорить ей гадостей ипригрозить, вам придётся иметь дело со мной.