Книга Развод. Счастье любит тишину, страница 91 – Анна Барс, Юлия Пылаева

Его руки, горячие и крепкие, обжигают кожу через одежду.

— Зачем?

Он отвечает не сразу, а когда говорит, у меня начинают подкашиваться ноги.

— Твой голос так дрожит, Алиса, — нежным, тихим голосом говорит он, — как будто сама прекрасно всё понимаешь…

— Смешно, — пытаюсь отшутиться я, пока внутри меня творится самый настоящий армагеддон.

Я же так долго не протяну. Не смогу…

Время — плохой доктор, ужасный. Оно меня совершенно не вылечило!

— У меня голос дрожит, потому что я чуть не упала, — уверенно говорю я.

Но Богдан не отпускает.

— Верю, — говорит он и сразу же меняет тему: — Нам надо поговорить.

— Нет! — напрочь отказываюсь я и чувствую, как ярко моё тело реагирует на его слова.

Меня как будто током бьет.

— Почему? — не понимает он.

— Потому что, Богдан, — мне становится так жарко, что я незаметно обдуваю пылающие щёки. — Это клишированная фраза, и её используют мужчины, которые хотят…

— Которые хотят чего? — подначивает меня он, хотя сам прекрасно всё понимает.

— Которые хотят поговорить со своими бывшими партнёршами об отношениях. Это все знают.

— Ты права, — чётко и ясно произносит он, как будто долго готовился к этому моменту. — Всё так. Я действительно хочу поговорить с тобой о наших отношениях.

— Которых нет, — нажимаю я и ладонями упираюсь в его мощные плечи, чтобы отодвинуть.

Тщетно.

— И в этом проблема, — тем же уверенным голосом продолжает говорить Можайский. — Потому что я хочу, чтобы ты вернулась.

— Богдан, — я готова завыть, потому что он не просто нашёл больную точку и надавил на неё, а также обнажил тайну, которую я не рассказывала даже себе самой. — В одну реку не входят дважды…

Эта фраза срабатывает взрывом в и без того накалённой атмосфере.

— Ещё как входят, Алиса, — взбудораженным голосом, как будто его собственные эмоции зашкаливают, говорит он. — И я хочу войти. Вместе с тобой. В реку под названием «наша семья». И мне всё равно, как это звучит, потому что это и есть правда.

— Нет.

— Алиса…

— Нет! — выкрикиваю шёпотом. — Так не делается, понимаешь? Нельзя сначала развестись, а потом попробовать заново.

— Кто сказал? — спрашивает он, глядя мне в глаза. — Кто сказал, что нельзя? Люди, которые ни черта не понимают в жизни, а попросту умничают? Люди, которые никогда не любили? Это они говорят, что нельзя?

Я не просто слышу его слова, я также и прекрасно понимаю всё, что зашифровано между строк.

И мне опять становится плохо. Я вижу, что мой бывший муж доведён до исступления, или даже,можно сказать, до ручки.

А ведь я всё это замечала, видела, слышала, чувствовала… как он пытался на работе, прикрываясь разными оправданиями, провести со мной как можно больше времени.

Что делала я? Я позволяла. Позволяла ему это делать, потому что его присутствие рядом было необходимостью.

Даже несмотря на наше прошлое. И сколько бы я себя ни корила, это чувство было выше меня. Даже не чувство, а самая настоящая потребность, с которой невозможно бороться.

И это утверждаю я — человек, имеющий силу воли.

— Я говорю, что нельзя. Я, как твоя бывшая жена, говорю. Уж кому-кому, а я точно могу рассуждать о таких вещах.

Эти слова меняют обстановку и понижают температуру до колючего мороза. Богдан смотрит мне в глаза, я вижу, насколько он напряжён, будто от разговора, который происходит сейчас, зависит всё.