Книга Развод. Счастье любит тишину, страница 9 – Анна Барс, Юлия Пылаева

А тишина эта, злая-злая.

— Это твоя дочь нарисовала тебя, целующегося с любовницей, — подначиваю его, еле сдерживаясь от желания вцепиться в холеное лицо. — Ну что, нравится?

Богдан вяло опускает руку с рисунком дочери и принимается массировать переносицу пальцами.

Я знаю эту привычку мужа. Он так делает, когда сильно утомлен.

Как подумаю, что именно «высосало» из него все силы, так хочется кричать. Еще вчера утром мы были крепкой любящей парой, которая воспитывает желанную дочь.

Вернее, вчера таковой была моя картина мира, потому что Богдан, раз позволяет себе спокойно оставаться ночевать у Дианы, между двух женщин лавирует давно.

Кобелина.

И хватило борзости домой завалиться в таком виде. Рубашка смятая, воротник перекошен. Под красными глазами мешки.

Шумно выдохнув, Богдан вдруг зло, сминает рисунок в кулаке, делает из него малюсенький, жалкий клочок и бросает на пол как мусор.

Я набираю в легкие воздуха, чтобы гаркнуть ему в лицо, какой он чертов предатель, но у меня неожиданно вздрагивают ноздри. Я после беременности с Наташей стала очень чувствительна к запахам. Любым.

И особенно к перегару.

— Матерь Божья, от тебя разит за километр, Можайский! — локтем закрываю лицо, чтобы не дышать с ним одним воздухом. — Какая гадость…

Меня как взрывной волной отшатывает от пока еще мужа. И как я сразу не заметила, что он вернулся домой не просто от любовницы, а после попойки с той самой любовницей.

— Вижу, день рождения у твоей шлюшки удался, — не собираюсь выбирать слова. — Впрочем, можешь не отвечать, мне плевать на твою личную жизнь. Просто знай, что между нами все кончено. Теперь мы с Наташей сами по себе.

На последней фразе голос надламывается. Я даже в страшном сне не могла представить, что мне придется увидеть в некогда любимом муже предателя.

Прижимая к груди сумку, я огибаю молчаливого Богдана.

— Куда пошла? — со скрытой в голосе яростью требует он. — Я тебя не отпускал, — его пальцы обхватывают мое плечо. — И без меня ты дочь воспитывать не будешь.

— Буду!

— В нищете? — он надменно вскидывает темную бровь. — Не позволю. У моей дочери должен быть высокий уровень жизни, который ты позволить ей не сможешь.

— Я свою дочь не подведу! — подонок все-таки довел меня до слез, которые я быстро смахиваю со щек. — И вообще, о дочери надо было думать, когда залезал на другую женщину. Или ты ожидал, что я тебя прощу и у нас все будеткак раньше? Где была твоя голова, Можайский? В штанах?

Смотрю в глаза Богдану, ожидая ответа. Ну как? Как можно ради похоти все разрушить?

Или Диана правда так хороша в глазах мужчин, что наша семья просто вошла в статистику ее побед?

Хотя чему тут удивляться, ведь истории нашего мира известны короли, которые ради сомнительных женщин шли на куда более страшные жертвы.

Тошно.

— А кто тебе сказал, Алиса, что мне нужно твое прощение? — обманчиво спокойно спрашивает муж. — Ты не в позиции выставлять мне условия, выносить мозги и уж тем более разводиться, — тут он позволяет себе глумливый смешок. — Без меня ты долго не протянешь.

Мне становится физически плохо от того, насколько уверенно он это говорит.

Получается, что он настолько меня не уважает, что не просто спит с другой, но и свято верит, что я без него пропаду.