Книга Сдавайся, страница 141 – Наталья Юнина

Самое отвратительное, что я сама виновата в том, что сейчас происходит. Мы могли быть вдвоем и я могла избежать всего этого. А теперь мне приходится наблюдать, как Крапивин пожирает взглядом Лику и вполне успешно притворяется нормальным. В копилку неожиданностей добавляется еще и то, что он, подавая пиво одному из «счастливчиков», кому довелось поставить палатку, выливает содержимое банки на его футболку. Оказывается, не все мистер чистюля делает идеально.

Когда мне кажется, что худшее уже позади, Крапивин снова продолжает пялиться на Лику. Была бы одна, несомненно залезла бы в отрезвляюще холодную воду, дабы выплеснуть весь негатив. Но вместо этого, сжав до боли руки в кулак и нацепив на лицо идиотскую полуулыбку, я иду в направлении леса. Не знаю сколько так передвигаюсь, но в какой-то момент, останавливаюсь, слыша позади знакомый голос.

— Далеко собралась? — неотрывно пялюсь на дерево, прислушиваясь к шагам Крапивина. Он становится позади меня и обхватывает мои плечи ладонями. Радуюсь, как ребенок от понимания, что несмотря на то, что он пялился на Лику, все равно пошел за мной.

— Поискать грибочки.

— Я не разрешал тебе делать это одной, — серьезно, блин?! Резко разворачиваюсь, задирая голову. — В твоем случае это небезопасно.

— А я не разрешала тебе пялиться на сиськи Лики, которую, между прочим, именно ты называл лошадью, — со всей силы тычу пальцами ему в грудь.

— Я не смотрел на ее сиськи.

— Да что ты говоришь?! А куда ты смотрел?

— На ее глаза.

— Ну ты… слов нет! — замахиваюсь кулаком ему в грудь, на что он перехватывает мою руку.

— Я серьезно.

— Ты надо мной издеваешься?

— Нет.

— Поклянись чем-нибудь важным.

— Клянусь членом, —хотелось бы мне закатить глаза от абсурдности, но то ли я сошла с ума, то ли Крапивин действительно не врет.

— Знаешь, я недавно желала тебе, чтобы он у тебя отсох, а ты им клянешься. Ты так-то поосторожнее. По лезвию ножа ходим. Не хотелось бы тебя в будущем видеть без него.

— Буду иметь в виду. Я никогда ничего не делаю просто так. У меня все идет по плану и под контролем. Единственный мой план пошел по одному месту исключительно в отношении тебя. Лимит я исчерпал с тобой. Мне нахрен не нужна эта шалава. Мы здесь сейчас с этой шушерой только по одной причине: из-за твоего нежелания признаваться в очевидных вещах, — закрываю глаза, когда он наклоняется к моему лицу и касается губами щеки. Проводит носом по коже и шепчет на ухо: — Пора бы уже сдаться, тебе не кажется?

— Может быть.

— Чего бы ты сейчас хотела на самом деле? — не успеваю произнести ни слова, его ладонь проскальзывает мне под футболку и легонько сжимает грудь через кружево лифчика. Каждое прикосновение отзывается в теле волной желания. А он словно нарочно продолжает меня касаться, прекрасно осознавая, что продолжения сейчас не будет.

— Остаться без этой шушеры, — еле произношу, когда Крапивин касается моих губ своими. И все. Мозг в отключке. Я стискиваю ладонями его плечи, жадно подставляя губы, включаясь в поцелуй. И плевать на все, что там происходит.

— И все? — отрывается от моих губ, обжигая дыханием. — Больше ничего не хочешь?

— И тебя.

— Наши желания совпадают. Осталось только реализовать все до конца и сделать выводы. Больше ничего не хочешь мне сказать?

— Я больше не буду.