Книга Последнее лето нашей любви, страница 5 – Лариса Акулова

— Она сказала проходить, — тяну парня за руку в сад, злясь все больше. Затем шиплю ему на ухо, — если хочешь пережить сегодняшний вечер, то советую перестать с девками обжиматься.

А тот лишь ухмыляется, явно радуясь моей реакции — она очень редка, и Федя считает, что такое проявление чувств нормально. Я же не могу с ним согласиться, потому что знаю, до чего доводит ревность. Мой отец чуть не уб-ил маму, в очередной раз решив, что та изменяет. Повторять же ужасную судьбу своих родителей я не собираюсь.

Алкоголь льется рекой. Кажется, что ребята решили по-настоящему оторваться в этот вечер. Они и раньше не сдерживались, но теперь, получив разрешение от родителей в честь выпускного, ушли в полную развлекаловку. И парни, и девушки танцуют, держа в руках стаканы. Кто с шампанским, кто с вином, кто с коньяком или водкой — без исключений. И только Нина не берет ни капли в рот, отказываясь твердо и решительно. Я вот такой силой воли не обладаю, и, не смотря на просьбы девушки, все-таки беру пиво. Вначале одно, затем второе, после третье...

И просыпаюсь уже утром, совершенно ничего не помня о вечеринке. Ощущения так себе. Во рту вкус рвоты, и вокруг, когда открываю глаза, тоже ее вижу. Одежда испачкана, брюк на мне нет — такое себе пробуждение, если задуматься. Пытаюсь подняться, но тут же сваливаюсь обратно, потому что ни руки, ни ноги не держат. Только в этот момент понимаю, где нахожусь: у себя дома. Комната все в таком же беспорядке, в каком мы оставили ее с Ниной, за стенкой храпит отец. Этот звук невероятно сильно меня раздражает, особенно сейчас, когда я имею возможность от него съехать, потому что наконец приобрел право возраста на это.

— Очнулся? — это голос Нинель, который слышится совсем рядом. И в нем ни капли довольства.

— Да, кажется пришел в себ, — отвечаю, все еще силясь подняться. В таком позорном виде я перед своей девушкой еще не появлялся, мне стыдно. Чувствую, как горит лицо от румянца.

— Ну и как тебе выпускной? Не отвечай, я и так знаю. Повеселился от души. А вот я не очень, — в глазах у нее обвинение. — Ты что вообще вытворял? Свобода в голову ударила?

Теперь нет никаких сомнений в том, что Нина чертовски зла. И ждала моего пробуждения, чтобы точно об этом сообщить. Эта ее черта мне не нравится, хоть и понимаю правоту девушки.

— И что теперь? Расстанешься со мной из-за одного промаха? — знаю, как бороться с чужим характером.

— Не расстанусь, но возьму на заметку. А теперь мне пора, в отличие от кое-кого, мне надо готовиться к экзаменам, — бросает бутылку воды рядом со мной, блистер таблеток от головы и влажное полотенце. — Приведи себя в порядок. Знал бы только, как сейчас похож на своего отца.

Она всегда понимала, как меня задеть побольнее. Видимо, это и есть главный минус любых отношений— знать о своем партнере больше, чем тот рассказывает. Тем более если они продолжаются дольше одной недели.

Я валяюсь еще какое-то время, пытаясь прийти в себя, но не удается, поэтому решаю поступить по старинке: про-бле-вываюсь в туалете и падаю под холодный душ. Легче не становится ну вот ни капли. И даже жирная свинина, которую буквально засовываю в себя, выходит наружу. "Может, Нинок была права, не стоило так нажираться. Знал же, что будет на следующий день и все равно это сделал", — чужую правоту мне неприятно признавать, ведь это значит, что именно я сглупил.