Книга Найду тебя зимой, страница 3 – Лариса Акулова

Девчонка все еще в коридоре. Будь она моей дочерью, уже бы отхватила люлей, но что я могу с ней максимум сделать, так это высказать, как и поступаю:

— Еще раз такое произойдет, и я напрягу все свои связи, чтобы ты в журналистике не работала, ты меня поняла? — рычу, наверно, как животное, но нервное напряжение дает о себе знать, этим себя и оправдываю.

Лишь на улице у меня получается вздохнуть свободно. Не смотря на холод, обжигающий горящеелицо, легкие наконец-то наполняются кислородом. Так, нужно успокоиться, нельзя в таком виде показываться людям. Вдох-выдох. Еще раз: вдох-выдох. И снова. Смахиваю с лавочки снег, присаживаюсь, не беспокоясь о том, что куртка намокнет. Боюсь, что упаду в обморок. Теперь, когда могу ясно думать, переживания накатывают волной, и слезы сами струятся по моему лицу. Размазываю их по щекам. Наверно, и тушь потекла, превратив меня в панду. Достаю пудреницу, смотрюсь в крошечное зеркальце — так и есть, просто отврат. Совсем не похожа на ту ухоженную женщину, которой являюсь большую часть времени. Но смысл сейчас об этом размышлять? Лучше уж пострадать дома.

Привести себя в божеский вид не представляется возможным, приходится вызвать такси, пусть это и ударит по бюджету. Так сложилось, что стараюсь деньги экономить, балуя лишь дочку, не себя. Ее частная школа жрет мою зарплату, как голодный тигр.

Вот, то, что нужно! Мысли о Майе меня успокаивают. Сидя в машине, смотря на снежную вьюгу, я вспоминаю, какой крошкой она была, да и сейчас не особо выросла, настоящая Дюймовочка. Последние пятнадцать лет я жила ради этой девочки, ради её будущего, её счастья. Даже когда приходилось голодать, когда сутками не спала, одновременно учась в университете и работая на двух вакансиях в магазине, когда она болела и плакала часами не переставая, я была счастлива тому, что мы есть друг у друга. Майя — моя поддержка и истинная любовь в этом мире.

В квартиру я захожу в уже приподнятом настроении.

— Малыш, я дома, — кричу погромче, зная, что дочь любит заниматься в наушниках и вряд ли меня с первого раза услышит.

Но она выбегает мне навстречу. Наплевав на то, что я в куртке, обнимает.

— Ну что ты, дай хотя бы раздеться, — я шутливо её журю, чувствуя, как лед на сердце тает от такого простого жеста привязанности. — Поела?

Куртку на вешалку, сапоги на полку. Аккуратность — залог уюта и чистоты в доме, где живет подросток.

— И тебе оставила твою любимую Филадельфию. В холодильнике.

— Спасибо, а теперь бегом учиться дальше.

Прежде чем поесть, совершаю свой ежедневный вечерний ритуал: принимаю душ, смываю косметику, переодеваюсь в удобный пижамный костюм. И только после этого отправляюсь на кухню с ноутбуком подмышкой. Даже поужинать мне не удается без него, потомучто работы всегда хватает. Например, сегодня в планах у меня допечатать статью о гимнастках, которые заняли первое место на чемпионате мира. Надеюсь, что делая это, смогу забыть о неприятной встрече с Побединым.

Но все мои планы рушатся, словно карточный домик, когда телефон звонит. На экране мобильника высвечивается имя владельца моего канала. Нельзя не ответить.

— Да, Юрий Алексеевич, я вас внимательно слушаю, — стараюсь хотя бы не вздыхать тяжко, тем самым показывая неуважение.

— Нинель, я вот думал, что мы с тобой давным-давно нашли общий язык. А это оказалось не так. Что ты ему наговорила?