Книга Вакансия: Мама для Ягодки, страница 43 – Лена Грин

— Я вижу, как ты борешься за Дашу, вижу, что она тебе небезразлична.

— Это не слишком подходящее слово.

— Ты её любишь?

Я кивнул. Диана замолчала, вглядываясь в моё лицо, а потом выдохнула:

— Хорошо, тогда всё будет проще…

— Что проще?

По её лицу прошла судорога, я видел, как она не решается сказать, как пальцы теребят сумку.

— Ром, знаю, ты меня за это возненавидишь, за то, что скрывала… В общем, Даша — твоя дочь.

Слова Дианы повисли в воздухе, и несколько я секунд я просто смотрел на неё, пытаясь осмыслить этот бред.

— Это шутка?

Она сделала шаг назад, с опаской взглянув на мои руки. Я вцепился в дверной косяк, едва себя сдерживая. Хотелось встряхнуть её.

— Рома, ты не рад? — её шёпот прозвучал невероятно глупо, просто по-идиотски. — Ты ведь хотел детей. Хотел семью...

— Хотел? Что ты, мать твою, несёшь?! — рявкнул я.

Она вытащила из сумки смятый листок и сунула мне.

— Я была беременна, когда ушла к Диме, — её руки тряслись, а губы дрожали. — Я до последнего не знала, от кого... А после родов сделала тест. Вот.

Я развернул листок, строчки никак не хотели складываться во что-то осмысленное. Локусы, аллели, наборы цифр. Я нашёл «Результаты» и вчитался в главное:

В результате проведённого исследования биологическое отцовство Калинина Дмитрия Олеговича в отношении Калининой Дарьи Дмитриевны — исключено.

— Там сказано, что он её дядя, — подала голос Диана.

Совпадения генетических маркеров были на уровне двадцати пяти процентов. Родственник, но не отец. Я перечитал несколько раз, чувствуя, что готов её придушить.

— Ты же понимаешь, что я сделаю тест?

Она отшатнулась, наверное, я сейчас выглядел опасно.

— Конечно, Ром, я не возражаю. Убедись сам.

Я вглядывался в её лицо в поисках хотя бы намёка на ложь. Она так легко согласилась, даже не попыталась придумать, почему мне не стоит. Но пока что видел только страх и чувство вины.

— Почему? Какого хрена ты скрывала?!

— Я не хотела потерять Диму, — по её лицу потекли слёзы. — А потом, когда он погиб... я поняла, что ты всё равно меня не простишь, не примешь то, что я не сказала сразу.

— И что же изменилось?!

— Я вижу, что ты её любишь, вижу, что борешься, даже думая, что она просто племянница. А она твоя дочь, Ром, ты должен знать.

Твою мать! Какая же дрянь…

— Чего ты хочешь? Ты просто отдашь мне её? Подпишешь документы?

— Да, — прошептала она, вытирая слёзы. — Я всё подпишу. Она официально будет твоей.

Я почувствовал короткое облегчение, но оно тут же погасло.

— И свалишь наконец?

Она покачала головой, на этот раз упрямо.

— Нет. Я её не брошу.

Я зло засмеялся.

— Ты уже её бросила.

— Я была дурой, Ром, выбрала мужика вместо дочери,но я всё осознала, я туда не вернусь, я останусь здесь. Я нужна Даше, я же её мама!

Она шагнула ко мне, пытаясь убедить, подняла заплаканное лицо, схватив за плечи.

— Я знаю, что ты скажешь. Я была сукой, дрянью, всё правда. Я предала своего ребёнка, но ты показал мне, что можно иначе, что она важнее, что за своё нужно бороться. Дай мне шанс, Ром, пожалуйста, не прогоняй меня. Я буду рядом, я не буду мешать, я не буду лезть в твою личную жизнь, я просто хочу быть рядом с Дашей!

С каждым словом, она всё ближе была к истерике, под конец разрыдалась, уткнувшись мне в грудь.

— Дай мне её увидеть. Пожалуйста, позови Дашу, я скучаю.