Книга Вакансия: Мама для Ягодки, страница 40 – Лена Грин

— Спасибо, мы очень стараемся, — проговорила я с чувством.

Она улыбнулась и успокоила, что всё должно быть хорошо, в нашу пользу. Мы попрощались, и, оставшись одни, наконец обнялись.

— Слышала? — Рома крепко прижал меня к себе. — Мы всё делаем правильно.

Я прикрыла глаза, вдыхая его свежий аромат. Мне было так спокойно в его руках, как ни с кем. Мы пока не слишком продвигались в романтической плане, слишком нервное и непростое сейчас было время.

И всё же он не давал мне возможности забыть, как сильно я его интересую. Поцелуи, объятия, цветы. Даже сейчас он не забывал радовать меня ими.

Да и Дашу тоже. Каждый раз он приносил ей отдельный нежный букетик, от которого её глазёнки распахивались в искреннем восторге.

Следующая неделя пролетела в тревожном ожидании. Адвокат, Алёна, держала нас в курсе: суд назначил психолого-педагогическую экспертизу. Теперь всё зависело от того, что скажет специалист.

В день, когда к Даше пришла психолог, я едва могла усидеть на месте. Я ходила по квартире, притворяясь, что занимаюсь уборкой, но на самом деле прислушивалась к каждому звуку из комнаты.

Когда дверь наконец открылась, я застыла в коридоре, пытаясь прочесть ответ на лице психолога.

— С девочкой всё в порядке, — первое, что она сказала, заставило моё сердце снова заработать. — Она адаптируется, идёт на контакт. Тревога, конечно, имеется, но в вашей семье она находит мощную опору. Ей с вами комфортно.

— Она так и сказала? — сглотнув, спросил Рома.

— Нет, — психологулыбнулась. — Но когда я спросила, кто её семья, она назвала «дядю Рому», «тётю Настю» и своего медведя.

Мы переглянулись, выдавливая нервные улыбки.

— На вопрос о матери Даша нахмурилась и сказала, что мама уехала и не любит её. Это её прямая речь.

— Значит, она хочет остаться с нами? — спросила я, внутренне дрожа.

— Да, вы для неё самые близкие люди, и я с уверенностью могу сказать, что она вас любит.

Я отвернулась, сморгнув слёзы. Рома сам проводил психолога, а я отправилась обнимать Дашу.

— Ты же знаешь, что я тебя люблю? — прошептала, прижав малышку к себе. — Что никогда не предам?

Даша отстранилась, её серые глазёнки, точь-в-точь как у Ромы, стали серьёзными. Она приложила маленькую ладошку к моей щеке и заулыбалась.

А моё сердце затопило такой большой любовью, переполняющей. Нежностью, желанием оберегать это маленькое чудо.

— Ягодка моя, — я зацеловывала её щёчки, пока она, смеясь, уворачивалась.

Рома показался в дверях, на его лице блуждала улыбка.

— Кажется, мы все заслужили мороженое.

Он подхватил Дашу на руки, притянул меня к себе, и в этот момент мы были настоящей семьёй.

Я знала, что Диана готовится к ответному удару, и действовать она будет грязно. Но знала также и то, что мы с Ромой не предадим нашу Ягодку. Сохраним нашу маленькую семью, в которой все так нуждаемся.

Предсказуемо, удар Дианы был низким и грязным. На следующий день мы читали изворотливые формулировки встречного иска:

«...Ответчик Калинин Р.О., воспользовавшись тяжёлым моральным и финансовым положением истицы после смерти супруга, незаконно удерживает несовершеннолетнюю дочь... Создал условия, небезопасные для психологического состояния ребёнка…»

Дальше шли намёки на мою «нестабильность», какие-то бредовые обвинения.

— Аморальный образ жизни? — выдавила я, чувствуя, как горит лицо. — Это она про себя, что ли?