Книга Предатель. Сердце за любовь, страница 27 – Лия Латте

Он улыбался широко, но его глаза… они смотрели как-то слишком внимательно, оценивающе.

— Спасибо, — пробормотала я, чувствуя себя неловко под его пристальным взглядом.

— Если вам что-нибудь понадобится, Наталья Сергеевна, любая помощь, поддержка… Не стесняйтесь обращаться, — он понизил голос, наклонившись чуть ближе. — Марк бывает… занят. Понимаю, как вам сейчас тяжело. Я всегда рад помочь такой очаровательной женщине.

От его близости и вкрадчивого тона мне стало неприятно. Я сделала шаг назад.

— Спасибо, Станислав… э-э…

— Просто Стас, — он снова улыбнулся. — Для вас – просто Стас. Надеюсь, мы еще увидимся.

Встреча со Стасом Орловым оставила неприятный осадок. Его обаяние казалось липким, а предложение помощи – фальшивым.

Интуиция кричала, что этому человеку нельзя доверять, но… была ли моя интуиция сейчас надежным советчиком? После всего, что случилось с Игорем, я боялась доверять кому-либо, особенно мужчинам.

Я старалась избегать Стаса, но в стенах клиники это было непросто. Он словно невзначай появлялся то в коридоре, то в кафе, всегда с неизменной улыбкой и вопросами о Максиме или о моём самочувствии.

Я отвечала вежливо, но кратко, стараясь быстрее закончить разговор и уйти. Его внимание не давало мне покоя.

Адвокат Кравцов упоминал, что Марк не доверяет Стасу в делах фонда. Но почему? Потому что Стас действительно нечестен, или потому что Марк сам боится конкуренции и видит угрозу в любом, кто может помешать его планам?

Марк ведь тоже манипулировал мной, использовал мое отчаяние. Можно ли верить его оценкам других людей?

И все же… эти редкие моменты с Максимом не давали мне покоя. Тот случай с барьерчиками был не единственным. Марк продолжал заходить к сыну, объясняя это необходимостью контролировать реабилитацию.

Он мог молча наблюдать, как Максим рисует, или задать неожиданный вопрос о любимом мультике. Как-то раз я застала их за «игрой»: Марк показывал Максиму, как правильно складывать какую-то сложную фигурку из конструктора.

Максим сосредоточенно пыхтел, а Марк терпеливо, почти без слов, направлял его маленькие пальчики. На лице хирурга была улыбка. Я точно её видела. Он умеет улыбаться!

Я стояла в дверях, боясь пошевелиться и спугнуть этот момент. Марк поднял голову, увидел меня, и выражение его лица мгновенно стало привычно-непроницаемым.

— Мы просто проверяем мелкую моторику, Наталья Сергеевна, — сказал он своим обычным ровным тоном. — Всё в пределах нормы.

Он встал, отряхнул невидимую пылинку с брюк.

— Прогресс хороший, но не форсируйте события. Ольга знает план реабилитации, придерживайтесь его.

И снова – профессиональные инструкции, холодная отстраненность. Словно и не было этих нескольких минут. Эти его «проблески» сбивали меня с толку. Они давали какую-то ложную надежду.

Я гнала эти мысли. Это сделка. Я должна помнить об этом. Я – инструмент. Но мысли отказывались подчиняться разуму.

Вечером Стас снова подкараулил меня у лифта.

— Наташенька,как вы? Как наш маленький герой? — он снова источал свое обаяние.

— Спасибо, Станислав, все хорошо, Максим идет на поправку, — я нажала кнопку вызова лифта.

— Я так рад это слышать! — он подошел ближе. — Знаете, я тут подумал… вам, наверное, так одиноко здесь целыми днями. Может, поужинаем как-нибудь? По-дружески. Просто поболтаем, отвлечетесь немного. Марк вечно занят, ему не до вас…