Книга Измена в 45. Моя горькая сладость, страница 7 – Милана Усманова

Я должна найти себе адвоката. Кого-то, кто объяснит мне, на что я могу рассчитывать. Что мне вообще теперь делать.

Но сначала - звонок Наталье. Мне всё-таки нужен был кто-то рядом. Кто-то, кто просто подержит за руку, пока рушится мир.

- Наташа? - сказала я, когда она взяла трубку. - Приезжай, пожалуйста. Я не справляюсь.

- Уже выхожу, - без лишнихвопросов ответила она. - Держись, Вера. Ты сильнее, чем думаешь.

Правда? Я сильная? Всю жизнь я опиралась на Александра, на нашу семью, на то, что "мы - команда". А теперь команды нет. Только я одна - сорокапятилетняя женщина с филологическим образованием. Своими знаниями я никогда всерьёз не пользовалась, без собственных доходов, без карьеры, с сыном, который уже взрослый и живёт отдельно.

И брачный договор, подписанный четверть века назад наивной влюблённой девочкой, верившей в "навсегда".

Я сделала ещё один глоток остывшего кофе и взглянула на экран телефона. Надо позвонить Максиму. Рассказать. Но что именно? Как объяснить сыну, что его отец ушёл к женщине немногим старше самого Максима? Как вообще начать этот разговор?

За окном начался мелкий, февральский дождь с примесью снега. Серое небо затянуло тучами. Погода идеально соответствовала моему настроению. Я смотрела на капли, стекающие по стеклу, и думала о том, что, возможно, это не конец света. Люди разводятся. Начинают всё сначала. Учатся жить по-новому.

Может быть, и я научусь.

Но сначала нужно было разобраться с этим проклятым брачным договором. Понять, что именно я подписала тогда своей беспечной рукой. И чего мне это будет стоить сейчас.

Я снова взяла в руки пожелтевшие страницы, на этот раз с твёрдым намерением прочитать и понять каждое слово. Каждое чёртово слово, которое перечёркивало двадцать пять лет моей жизни.

Наташа просидела со мной до вечера. Она принесла вино, заказала пиццу и слушала мои сбивчивые рассказы о том, как всё рухнуло. Я плакала, злилась, снова плакала. Потом мы вместе перечитывали брачный договор, и Наташа, бухгалтер с двадцатилетним стажем, качала головой и тихо ругалась.

— Нужен хороший юрист, — сказала она твёрдо. — Я узнаю контакты, у меня есть знакомый адвокат по семейным делам.

Когда она ушла, я осталась один на один с тишиной квартиры и необходимостью позвонить сыну. Откладывать было нельзя — лучше, если Максим узнает от меня, а не от отца.

Я нажала на его номер в телефоне. Длинные гудки. Он мог быть на тренировке или с друзьями, или с той девушкой, о которой говорил в последнее время. Как же её зовут? Алиса? Арина?

— Мам? — голос сына звучал слегка удивлённо. Мы обычно созванивались по выходным, не среди недели.

— Максим, привет, — я старалась говорить спокойно. — Ты сейчас очень занят?

— Да так, в спортзале, — в трубке слышался гул голосов, музыка. — Что-то случилось?

Я глубоко вдохнула.

— Нам нужно поговорить. Это важно, — я помолчала. — Папа ушёл от нас.

Тишина. Даже фоновые звуки, казалось, стихли.

— Что значит «ушёл»? — наконец спросил он.

— К другой женщине. Вчера вечером он собрал вещи и уехал.

— Подожди, — его голос изменился, стал напряжённым. — Ты можешь рассказать нормально? Я сейчас не могу говорить. Приеду через час, хорошо?

Я согласилась. Отключилась и стала ждать.

За этот час я попыталась привести себя в порядок. Умылась, причесалась, даже нанесла немного тонального крема, чтобы скрыть следы слёз. Не хотелось, чтобы сын видел меня разбитой. Он и так будет переживать.