Книга Развод. Крепость из стекла, страница 12 – Милана Усманова

Я боролась со сном изо всех сил, но препарат был сильнее. Последнее, что я увидела перед тем, как отключиться, её лицо, грустное и решительное одновременно.

И взгляд, взгляд человека, который попал в ловушку системы и теперь затягивает в неё других, чтобы спастись самому.

Проснулась я от звуков неподалёку от своей кровати, за перегородкой. Голоса были приглушёнными, но я прекрасно различила интонации. Нервный – принадлежал Марии, другой – холодный, незнакомый, – мужчине.

Я лежала неподвижно, стараясь унять гулко бьющееся сердце, но разобрать слова не удавалось – говорили слишком тихо.

Они приблизились ко мне. Я сделала вид, что сплю, дыхание ровное и глубокое. Постояли у моей кровати, что-то прошептали друг другу, затем ушли, тихо притворив за собой дверь.

Но я была не так беспомощна, как им казалось. За годы управления бизнесом я научилась планировать на несколько ходов вперёд. И сейчас мне нужно было найти способ получить информацию о том, что они замыслили.

Я, отцепив от руки иглу от системы, встала с кровати, проверила дверь – заперта, как и ожидалось. Окно тоже не открывалось, специальные замки. Но в углу комнаты я заметила вентиляционную решётку.

Подойдя ближе, увидела, что та держится на четырёх винтах. У меня не было отвёртки, но заколка для волос могла помочь. Работать пришлось медленно и тихо. Каждый скрежет металла о металл заставлял меня замирать и прислушиваться. Наконец решётка поддалась. За ней оказался вентиляционный ход, уходящий в темноту.

Я не знала, куда он ведёт, но знала одно – мне нужно было выбраться отсюда любой ценой. Протиснуться было невероятно тяжело: решётка едва пропускала мои плечи, металлические края царапали кожу, но я заставила себя сжаться и медленно проползти вперёд. Было тесно, пыльно, и каждое движение отдавалось эхом. Но через несколько метров ход чуть расширился и я увидела свет, шедший из ещё одной решётки.

Приблизившись, поняла, что нахожусь над кабинетом. Через щели рассмотрела помещение внизу: белые стены, стол, два кресла. И двое людей: Маша и мужчина в дорогом костюме.

– …документы готовы? – это была Маша, её голос звучал напряжённо.

– Почти. Нотариус придёт завтра утром. Но нужно, чтобы она была в подходящем состоянии. Не слишком заторможенной, но и не в ясном уме. Золотая середина. Чтобы могла отвечать на вопросы, но не задавать лишних.

– А если она откажется подписывать даже будучи в таком состоянии? – голос бывшей подруги дрогнул.

– Тогда нам придётся доказать, что она не в состоянии принимать решения. У тебя есть препараты, которые могут ещё сильнее нарушить трезвость рассудка?

Пауза.Потом тихий ответ:

– Есть. Но это опасно. Если переборщить…

– Мы не переборщим. Главное – получить подпись. Гранкин не любит ждать.

– Понимаю, – Маша нервно теребила ручку. – Но нужно время, чтобы всё выглядело законно. Если мы поторопимся, могут возникнуть вопросы.

Мужчина резко поднялся и нервно прошёлся по кабинету:

– Будь готова к любому сценарию. И самому жёсткому в том числе.

Мария вышла из-за стола и подошла к нему. К моему изумлению, она встала на цыпочки и поцеловала его в губы. Долгий, страстный засос.

– Ты же защитишь меня? – прошептала она, прижимаясь к нему. – Мы ведь вместе в этом…

Он грубо отодвинул её от себя:

– Не строй иллюзий, Маша. То, что между нами есть, не поможет тебе, если ты облажаешься. Гранкин не прощает ошибок.