Книга Развод. Месть. Острее скальпеля, страница 9 – Милана Усманова

Через минуту пришло сообщение с номером и короткая приписка: “Я уже переговорила с Мариной, она ждёт вашего звонка. И помните, вы не одна”.

Я вытерла слёзы тыльной сторонойладони. Набрала новый номер.

– Марина Звягинцева слушает, – голос уверенный, чёткий.

– Здравствуйте. Меня зовут Анастасия Максимова. Лариса Семёновна Свирова дала ваш контакт.

– Да-да, она уже позвонила. Рассказала вкратце о ситуации. Я могу приехать к вам сегодня после шести. В областную больницу, правильно?

– Да, всё верно. Но я пока нахожусь в реанимации, вас ко мне не пропустят.

– Тогда я свяжусь с вами по видеозвонку в пять, окей?

– Буду ждать, – выдохнула я с потаённой надеждой, что этот человек поможет мне разобраться в том безобразии, что сейчас творится в моей жизни.

– До встречи, Анастасия. И не волнуйтесь, мы обязательно найдём решение.

Я откинулась на подушку. Первый шаг сделан. Маленький, но важный.

Но не успела я убрать телефон, как он зазвонил снова. На экране высветилось “Мамочка”. Сердце сжалось. Я три дня не звонила, родители наверняка волнуются.

– Настенька, как дела? – мамин голос дрожал от тревоги. – Не могла до тебя дозвониться, да и Антон отчего-то трубку не берёт. У вас всё в порядке?

Я закрыла глаза. Вдох-выдох. Как сказать матери, что её дочь может остаться инвалидом? Как объяснить отцу, у которого больное сердце вдобавок к артриту?

– Мам, всё хорошо. Просто упала дома неудачно, растяжение связок. Уже намного лучше.

– Упала?! Как? Настя, ты же всегда такая осторожная!

– Поскользнулась на лестнице. Второпях спускалась, не посмотрела под ноги. Ерунда, правда. Через неделю буду как новенькая.

– А Антон? Заботится о тебе? Наверное, с работы отпросился?

Комок подкатил к горлу. Мама так любила Антона. Называла идеальным зятем.

– Конечно, мам. Он… он молодец. Всё время рядом.

– Вот и славно. Хороший у тебя муж. Не каждый так о жене заботится. Кстати, папе через неделю за лекарством пора. Антон ведь достанет, как обычно?

Хумира. Проклятая Хумира за шестьдесят тысяч в месяц. Без неё отцовские пальцы через три месяца скрючатся окончательно, он не сможет держать даже ложку. А мама… мама не справится одна.

– Достанет, не волнуйся. Как папа себя чувствует?

– Да как обычно. Утром суставы болят сильнее, к вечеру расхаживается. Но с лекарством намного легче. Вчера даже в магазин со мной сходил. Передавай Антону огромное спасибо. Не знаю, что бы мы без него делали. В очереди на льготное обеспечение папа двести тридцать седьмой! Представляешь? Месяцами ждать можно.

Каждое словобило как молотком. Родители в соседнем городе, в трёхстах километрах. Живут на папину инвалидность и мамину пенсию, тридцать тысяч на двоих. Я помогаю как могу, но основное – это лекарства, которые я доставала через Антона.

– Передам обязательно. Мам, мне пора на осмотр.

– Выздоравливай, доченька. И осторожнее на лестницах! Мы вас любим!

– И я вас…

Отключилась. Закрыла глаза. Слёзы душили. Врать маме – последнее дело… Но как сказать правду? “Мам, меня парализовало, муж бросил, а без его связей папа останется без лекарств”? Это убьёт их обоих.

До пяти часов я пыталась отвлечься. Читала медицинские статьи о восстановлении после травм спинного мозга: шансы есть, главное не упустить время. Делала дыхательную гимнастику – профилактика пневмонии, частого осложнения у лежачих больных. Даже попробовала пошевелить пальцами левой ноги, но пока безрезультатно. Правая откликалась намного лучше.