Книга После измены. Он тебя любит, страница 17 – Рина Каримова, Валерия Ангелос

Быстро все решается.

Быстрее, чем успеваю дать ответ.

— Если с няней будут проблемы, дай мне знать. Отдам распоряжение кому-то из помощников. Решат вопрос.

— Спасибо, — говорю наконец. — Но могу я дать ответ завтра?

Повисает пауза.

— Завтра? — вкрадчиво уточняет Пылаев.

— Да, мне нужно время решить.

Кажется, тут он понимает, что я не про «решить» с няней. А о самой себе говорю. О том, что я сама настолько быстро принимать его предложение не готова.

— Мне нужно, чтобы ты пошла со мной завтра, — вдруг заявляет Пылаев.

И я окончательно попадаю в тупик.

Тон у босса такой, что отказ не предполагается. Видимо, так и должно звучать предложение, от которого нельзя отказаться.

— Вера, это театр, — добавляет он, помедлив. — Мне казалось, тебе такое по вкусу.

В целом — да.

Хотя давно не была в театре. Не представлялось возможности. Как-то времени не хватало, не до того совсем.

Но какое отношение мои предпочтения имеют к такой настойчивости моего начальника?

— Когда заканчивается спектакль? — спрашиваю.

— В девять, — как-то резковато отвечает Пылаев, будто недоволен дополнительным вопросом.

Но вскоре, словно сам почувствовав что-то не то, он прибавляет:

— Это не займет много времени, я вас отвезу.

— Хорошо, — говорю.

— Доброй ночи, — прощается Пылаев.

Откладываю телефон на стол.

Как-то странно все это. За все прошлое время нашего общения ничего подобного не было.

Но поздно уже. Нужно ложиться спать. Утро вечера мудренее.

Конечно, утром у меня тоже не так много времени для размышлений. Кормлю Кирюшу, встречаю няню. Собираюсь на работу.

В ресторане отвлекаться некогда. Сначала решаю вопросы с помощником Пылаева, согласовываем то, что требуется.

На этот год у нас цель попасть в топ рейтинга лучших ресторанов. И получить все заслуженные «звезды». Для такого необходимо внести ряд изменений. Вот и разбираемся.

Так и пробегаетчас за часом до самого вечера.

Домой возвращаюсь раньше. Потому успеваю поиграть с Кирюшей и снова собраться — уже в театр.

Наряжаться не думала, но… как-то само собой выходит.

Это же театр.

Смотрю на себя в зеркало, невольно улыбаюсь, вспоминая слова дочки.

— Мам, ну что это за старорежимный подход? — удивлялась Ксюша. — Сейчас можно в кроссовках пойти, и в джинсах. Никто ни на кого не смотрит.

Пусть так. Старорежимно. Однако для меня все равно остается определенный дресс-код. Платье. Туфли на каблуке, пусть и небольшом.

Это же не для «наряжаться». Просто само собой подразумевается.

Пылаев звонит, и я выхожу из подъезда. Он на улице. Из машины вышел, говорит с кем-то по телефону. А потом поворачивается и… как-то странно застывает. Убирает мобильный от уха.

— Здравствуй, Вера.

Повисает неловкая пауза. Пылаев как будто и не слышит моего ответного приветствия. Просто продолжает смотреть, ничего не отвечая.

А дальше тишину прорезает звонок мобильного.

Начальник смотрит на экран своего телефона и хмурится.

— Черт, — выдает мрачно, после переводит взгляд на меня. — Извини, срочный звонок. Нужно ответить.

Принимает вызов. И открывает дверцу машины, жестом приглашая занять переднее сиденье.

— Да, — бросает отрывисто. — Этот проект сворачиваем. Нет. Никакого продления не будет. И там тоже.

Резкие фразы. Рубленые.

Вскоре Пылаев заканчивает разговор, усаживается за руль и обращается ко мне уже словно бы совсем другим тоном.