Книга В разводе. У него вторая семья, страница 10 – Тая Шелест

– Почему это взволновало вас только сейчас? – складываю руки на груди.

Она резко застегивает опустевшую сумку и выпрямляется, потирая поясницу.

– Да потому что я сына своего люблю, ясно? И внучек. Это моя кровь, моё всё! Ты как мать должна понять меня, Аля. И я хочу, чтобы они были счастливы. Пока что этого я не вижу, и мне больно смотреть на то, во что превратилась моя семья! Это уже не то, что раньше! Я не хочу помирать в этом бардаке!

От ее горящего взгляда мне становится не по себе, и я понимаю, что Вера Семеновна не лжет. Но не понимаю одного:

– А причем тут вообще я?

– А притом, – она щурит глаза, – что ты наверняка тоже хочешь самого лучшего для своих детей, не так ли? Они тебе, быть может, и не признаются, потому что щадят твои чувства… но девчонки очень страдали все эти годы в неполной семье, Аля! А в разводе всегда виноваты двое. Если бы ты ценила то, что приобрела и накопила за все эти двадцать лет, то не отпустила бы такого мужа, как мой сын. Но ты отказалась от него так легко, как мусор выбросила. И я думала все эти годы, а стоило ли оно вообще, сводить вас вместе? Но поняла, что да, и стоит дать тебе еще один шанс, потому что только с тобой у Елисея была настоящая семья. Такая, какая она должна быть.

И меня почти трогает этот хриплый надлом в ее голосе, но я прекрасно помню, чем закончилась эта «настоящая семья».

– Он сам сделал свой выбор.

Вера Семеновна скептически качает головой.

– Мужчина – голова, а женщина – шея, Аля. Но для тебя это, видимо, большая новость. Неужели за двадцать лет совместной жизни ты так и не научилась управлять собственным мужем? Влиять на его мнение? Нет, Аля, ошибаешься, ты ничуть не выросла. Все та же инфантильнаястуденточка, которой глупая детская гордость дороже благополучия семьи и детей!

– Вы поэтому меня подставили? Зачем вы наплели Елисею, что я хочу все вернуть, Вера Семеновна? Зачем вы решаете за меня?

Женщина качает головой, грустнея. Тяжело усаживается на диванчик, глядя на меня красноватыми от недосыпа глазами. Замолчав и слегка ссутулившись, она будто растеряла весь свой гонор и спесь. Передо мной сидит старая, уставшая от жизни женщина. Уставшая, но не сдавшаяся.

Воюет до сих пор за семью и за их счастье.

Только почему-то пытаясь построить его чужими руками. Ну что ж, кто ей запретит пытаться? Мое дело улыбаться, кивать, и делать по-своему. Ссорами и скандалами ничего не решится точно, так можно все только усугубить.

Мне конфликты ни к чему. Ей с ее давлением и двумя инсультами в анамнезе – тем более.

Так что будем решать проблемы тихо, мирно, и по мере поступления.

– Я к Елисею не вернусь, – говорю спокойно и жму кнопку чайника.

Достаю из холодильника вчерашний пирог с курицей, из шкафчика – растворимый кофе, на который свекровь неприязненно морщится. Она употребляет только натуральный из кофеварки. Но я и не предлагаю.

Гранулы звонко шуршат о дно кружки, гудит микроволновка, разогревая пирог.

– Не вернешься, – этом отзывается Вера Семеновна, – ну хорошо… пускай так. Давай начнем с малого, Аль. Давай ты хотя бы приедешь ко мне погостить хоть ненадолго, а? И свекор твой бывший будет только рад, что ты наконец появишься. Он обожает твои запеканки. На мои даже не смотрит.

Качаю головой.

– Вы впустую тратите время, Вера Семеновна. Всё это зря.