Книга После шторма, страница 89 – Лора Павлов

— Что будешь делать с этим свободным днем?

— Съезжу на ранчо Дункана. Мы с Пресли выведем лошадей — им нужна разминка. — Я даже не смотрел на него, зная, что он уже меня насквозь просвечивает.

— Ты будешь в порядке, когда она уедет?

— Господи. Ты туда же?

Он хмыкнул:

— Я не лезу в твои дела и никому ничего не скажу. Просто я тебя знаю, брат. И вижу, что она — другая. И когда у меня такое произошло, я был в полной заднице от страха. Только мне повезло, она осталась. А вот представить, если бы это не было вариантом…

— Я знал, на что иду. Я живу здесь. Она — там. Мы просто… веселимся немного, понимаешь?

Он долго смотрел на меня:

— А она могла бы работатьюристом здесь?

— Я бы никогда не стал просить ее об этом. Она только что стала партнером в какой-то там супер-престижной фирме. Она любит свою жизнь. Мы даже не обсуждаем это — у нас у каждого есть своя реальность. А у меня еще и Грейси.

— Это не значит, что ты не имеешь права жить своей жизнью. Ты это понимаешь?

— У нее один родитель. И минимум, что я могу ей дать — это стабильность. И она есть только здесь.

Джорджия и Грейси ввалились в кухню в одинаковых нарядах, и, как бы я ни хотел возмутиться, это выглядело до чертиков мило.

— Вы обе безумные, — пробормотал я, поцеловал сестру в макушку и подхватил Грейси. — Ну что, Грейси-девочка. Не давай тете Джорджии с ума сойти на корте. Я поехал, вернусь через пару часов.

— Люблю тебя, папа.

— И я тебя люблю.

Я опустил ее на пол и вышел к своей машине, направившись к ранчо Дункана. С момента, как я видел Пресли в последний раз, прошли сутки. И я уже жутко скучал.

Она уже ждала меня, когда я подъехал, и я сразу притянул ее к себе и поцеловал прямо перед амбаром. Даже не стал оглядываться, есть ли кто поблизости. Мы держали все в секрете, потому что оба знали — это ненадолго.

Когда она отстранилась, чуть запыхавшись, то улыбнулась:

— Ничего себе, ковбой. Целуешь меня на публике. Что на тебя нашло?

— Думаю, мне просто плевать, что кто-то там подумает.

— Будто тебе когда-нибудь было не плевать, — с улыбкой протянула она и повела меня в амбар.

— Как насчет того, чтобы я просто проверил лошадей, а потом мы поехали ко мне? Я хочу кое-что тебе показать.

— Ох, уверена, хочешь, — она приподняла брови, и я рассмеялся, пока она шла за мной от стойла к стойлу, а я проверял каждую лошадь.

Когда мы вышли и направились к грузовику, ее пальцы переплелись с моими. Похоже, нам действительно стало все равно, кто что подумает.

— Пресли, ты уезжаешь? — раздался голос Барби Дункан. Она направлялась к нам и перевела взгляд с наших сцепленных рук на моё лицо. — О, здравствуй, Кэйл. Приятно тебя видеть.

Я встречался с ее дочерью много лет, но она всегда делала вид, что не помнит, как меня зовут.

Это была ее игра — дать понять, что я недостаточно важен, чтобы запомнить моё имя. Мне было абсолютно плевать — она сама вела себя как дерьмо по отношению к собственной дочери, и уважения к нейу меня было ноль.

Пресли уже открыла рот, чтобы ее поправить, но я сжал ее руку и заговорил первым:

— Привет, Берниз. Очень рад вас видеть.

Она приподняла бровь, а Пресли разразилась смехом от этой нашей перепалки.

— Я проверила свое расписание — завтра могу сходить с тобой посмотреть спа. Жду с нетерпением. Господь знает, этому городку срочно нужен хоть какой-то спа. Может, тогда здесь станет чуть терпимее.