Книга После шторма, страница 104 – Лора Павлов

— Но ты же любишь бывать у Грэмми и Поппи, — напомнил я.

— Знаю… Я просто не хочу прощаться с Пресли.

Дети удивительно честны. Они не думают, как их слова могут ранить. Просто говорят, что чувствуют.

И это било прямо в сердце.

Потому что я чувствовал то же самое.

Когда все сведется к одному моменту… я тоже не захочу с ней прощаться.

— Прощание — это не навсегда. Это просто значит, что я не буду рядом каждый день. Но ты сможешь звонить мне по видеосвязи, когда захочешь. И я приеду снова, на открытие через несколько месяцев, — голос Пресли тоже задрожал.

Становилось слишком тяжело. Слишком больно.

— Все будет хорошо, я обещаю, — резко сказал я. Обе посмотрели на меня так, будто у меня три головы. — Пошли, вытремся. Пора в кровать.

— А Пресли может остаться и уложить меня?

Я потянулся за полотенцем, отвернувшись от них и зажмурив глаза. Как, черт побери, я должен помочь дочери пережить это, если сам с ума схожу от боли?

Но Пресли ответила первой:

— Конечно, останусь. Мне будет очень приятно уложить тебя и обнять перед сном.

— Ура! — закричала Грейси, а я закатил глаза, потому что мы просто все глубже вязли в этом, чем ближе подходил момент ее отъезда.

Грейси настояла, чтобы Пресли ее вытерла и помогла надеть ночную рубашку. Зубы были почищены, волосы расчесаны, и они обе забрались в маленькую кровать, где Пресли прочитала несколько книг… а потом Грейси, как назло, захотела обсудить прочитанное. Я ушел убирать посуду после ужина.

Когда вернулся, обе спали.

Пресли лежала на боку, обняв мою дочку, прижав ее к себе, а Грейси спряталась лицом к ее груди.

Я выключил свет, но остался стоять в дверях, просто глядя на них. Лунный свет пробивался между шторами, очерчивая их силуэты.

Боб Соленосос прополз мимо меня — как всегда, неторопливо. Но нашел в себе силы запрыгнуть на кровать и свернуться калачиком у их ног.

Будто и он хотел быть ближе ко всей этой доброте.

Может, этот ленивый гад был умнее, чем я думал.

Я вышел на кухню, вывел Максин во двор. Когда вернулся, Пресли стояла у входа, улыбаясь, пока я укладывал свинку в загон. Это было единственное время, когда она не пыталась сбежать.

— Привет, — прошептала она. — Прости, что уснула. У нее такая уютная кроватка.

— Тебе не зачто извиняться. Боб, наверное, до сих пор в шоке, что ты ушла, — поддел я, прижимая ее спиной к кухонному столу. Моя рука легла на ее шею, и я поцеловал ее жадно.

Ее пальцы зарылись в мои волосы, и поцелуй стал диким, как вихрь. Черт, мне нужно было вкусить каждую последнюю секунду с ней. Все вокруг сжималось, и я просто хотел еще.

Я схватил ее за задницу, посадил на столешницу, и, оторвавшись от ее губ, посмотрел в глаза.

— Мне пора домой. Я приеду рано утром, — прошептала она. — Я пообещала родителям позавтракать с ними и пройтись немного с папой. А потом я вся твоя. До конца дня и ночи, — подмигнула она.

Мы старались не ночевать вместе, когда Грейси была дома, хотя, по правде, многое из того, что мы уже делали, давно вышло за рамки правил.

— Я хочу, чтобы тебе стало хорошо прямо сейчас, — прошептал я, засовывая руки под ее длинную кремовую юбку, скользя вверх по ее стройным бедрам. Остановился у края кружевных трусиков и провел пальцем по ее влажной ткани. Она резко вдохнула и посмотрела на меня затуманенным взглядом.