Книга На берегу, страница 91 – Лора Павлов

Разумеется, как только мы появились, Джорджия тут же настояла на том, чтобы сыграть в пиклбол. Скажем так — Линкольн Хендрикс может быть звездой футбола, но я всё-таки довольно долго играла в волейбол. А поскольку моя сестра неожиданно оказалась крайне талантлива в пиклболе, она успела меня кое-чему научить.

Последний час мы с Линкольном сражались на корте — и он всё-таки сумел вырвать победу, под радостные возгласы моего старшего брата.

— Я болею за тетю Бринкс и Линкса! — радостно закричала Грейси.

— Он вообще-то лучший игрок в футбол, так что не переживай из-за проигрыша, — сказал Хью, обняв меня за плечи.

— Да все нормально, — пробурчала я, закатив глаза и протягивая ракетку сестре. Затем я смерила Кейджа взглядом: — Советую спать с открытым глазом.

— Эй, вообще-то сначала ты играла со мной и радостно злорадствовала, когда выиграла. А Линк, между прочим, не злорадствует.

— Да ладно тебе! Он злорадствует так, что даже во сне этим занимается! — Я всплеснула руками.

— Только если у меня есть на это веская причина, детка, — отозвался он, прищурившись.

Кейдж и Хью хлопнули его по ладони, а я ударила Линкольна в плечо.

— Вс6, мы уходим. Мне нужно проверить, как там сад.

Мои братья расхохотались, им до сих пор казалось до слез смешным, что я так увлеклась огородом.

— Тебе стоит его увидеть, — сказал Линкольн, потянувшись за моей рукой. — Там все так разрослось.

Мэддокс с Джорджией обменялись ухмылками — они-то знали, что все дело в нем. Благодаря ему сад сейчас выглядел так, будто его собирались снимать для какого-нибудь шоу про загородную жизнь.

— У нее просто золотые руки.

Обычно я бы тут же подделаего за то, что он прикрывает меня, но на Кейджа я злилась, так что промолчала.

Мы попрощались со всеми и поехали ко мне. Дома мы почти не бывали — у Линкольна ведь был дом прямо у воды, да еще и с потрясающим спортзалом, так что выбор чаще всего был очевиден.

Но сад — это было мое. И да, он установил систему автополива, так что мне не приходилось каждый день стоять с шлангом, но я любила сама выбирать, что можно взять на ужин или на завтрак.

Было в этом что-то особенное — есть то, что ты вырастила своими руками.

Когда мы подъехали к дому, то сразу заметили высокого парня, сидящего на моем крыльце.

— Кто, черт возьми, это? — буркнул Линкольн.

— Понятия не имею. Но давай встретим его чуть дружелюбнее, ладно?

Я открыла дверь машины — на что он закатил глаза и обогнул капот, чтобы успеть первым.

— Это тебе не гонка, — пробормотал он, прижимая меня к машине. — Но мне нужно, чтобы ты осталась со мной наедине.

— Ты не заметил, что в паре метров от нас сидит незнакомец? — рассмеялась я.

Он отстранился, я поправила волосы и пошла к дому. Незнакомец уже поднялся, и чем ближе мы подходили, тем отчётливее я видела — он был поразительно красив. Высокий, почти вровень с Линкольном, с широкими плечами и волнистыми каштановыми волосами, ему едва ли было больше двадцати.

— Не ожидал тебя тут увидеть, Линкольн, — сказал он, глядя на мужчину рядом со мной. Но это был не тот взгляд, каким смотрят фанаты. Тут было что-то другое.

— Мы знакомы? — спросил Линкольн. — И кого, блядь, ты тут ждал?

Я повернулась к нему:

— Убавь градус, капитан.

— Вы Бринкли Рейнольдс? — спросил парень, переводя взгляд на меня.