Книга Навстречу приливу, страница 22 – Лора Павлов

Я заехал в гараж, заглушил двигатель и посмотрел на неё.

— Ты в порядке?

— Да, конечно. Не нужно было привозить меня сюда. Я бы справилась. — Её голос дрогнул.

— Ни за что на свете я бы тебя там не оставил. — Я включил свет в салоне и наклонился, чтобы рассмотреть её лицо. Осторожно провёл большим пальцем по скуле, и наши взгляды встретились. — Чёрт, опухло сильно. Давай зайдём, приложим лёд.

Я вышел из машины, вытащил её сумки, и она пошла за мной в дом. Включив свет, я оставил вещи у двери и направился на кухню.

— Ух ты. Здесь так красиво. Когда ты купил этот дом, с ним ведь было много работы, да? — спросила она, остановившись у кухонного острова.

Я наполнил пакет льдом, завернул его в полотенце и бережно приложил к её щеке. Она накрыла мою руку своей, прижимая лёд, и почему-то я не убрался. Не хотел.

— Я справлюсь, — прошептала она, едва приподняв руку, чтобы я мог убрать свою.

Она чуть поморщилась, и я не удержался, провёл пальцами по её волосам. Её ударили. Ей нужна была поддержка. И я хотел её дать.

— Да, я с братом и его ребятами тут почти всё перестроил, — сказал я, и она слегка склонила голову к моей руке, закрывая глаза. Лаванда и мёд заполнили воздух. — Всё будет нормально. Дай секунду, и холод перестанет так чувствоваться. Он начнёт действовать.

И, чёрт, моё тело явно реагировало. Я никогда не был тем, кто будет гладить женщину по волосам или проявлять излишнюю нежность, но с Лайлой это почему-то было иначе.

Она открыла глаза, и я увидел в них ту самую боль. Всё, что ей пришлось пережить из-за отца, — ни один ребёнок не должен проходить через такое.

— Спасибо, что был рядом, — сказала она.

— Всегда. Ты же знаешь.

— Ты точно не против, если я переночую в твоей гостевой?

— Лайла, это место в твоём распоряжении, пока ты здесь. Если не хочешь оставаться у меня на ближайшие месяцы, придётся жить у Трэва и Шей. — Я убрал руку из еёволос и отступил, потому что мне срочно нужно было пространство. Я не мог ясно мыслить, когда она смотрела на меня вот так. Нежно. Привлекательно. — Ты же понимаешь, что теперь Трэвис не позволит тебе остаться у отца. И после того, что я увидел, я с ним согласен.

— Я умею о себе заботиться, — сказала она, выпрямив спину и убирая лёд от лица.

— Дело не в этом. Никто не сомневается, что ты сильная. Но ты не должна защищаться, когда дома. Ты должна чувствовать себя в безопасности. А в том доме, когда твой отец пьёт или колется, или что он там делает, тебе небезопасно.

Её лицо стало жёстким.

— Это была просто ошибка.

— Да брось, Снежка. Ты же умнее этого. Я не видел его трезвым уже много лет. Как ты думаешь, почему Трэвис так старался держать тебя подальше?

Её тёмно-карие глаза наполнились слезами, и у меня всё сжалось внутри. Я сделал шаг вперёд. Ближе.

— Потому что у него нет никого, кто мог бы ему помочь. Трэвис слишком на него зол. Вот почему я здесь.

Она пожала плечами, и по её красивому лицу скользнули две слезы. Одна скатилась прямо по опухшей щеке, уже потемневшей от удара. Я осторожно смахнул их.

— Ты не можешь спасти того, кто не хочет, чтобы его спасали.

— Он хочет, Медведь. Я знаю, что хочет. — Голос её сорвался, и я двинулся вперёд, желая заключить её в объятия, но она поставила лёд на стол и подняла руки.

— Ты видел, какая у тебя сегодня была семья. Разве плохо хотеть того же для своей? Разве плохо хотеть, чтобы Трэвис перестал ненавидеть отца? Чтобы отец наконец-то начал заботиться о себе? Разве это так ужасно?