Книга Бьющееся сердце, страница 34 – Лора Павлов

— Можешь звать меня Бифкейк. Мне больше не нравится имя Катлер.

— Что? Катлер — это самое крутое имя. Я не буду звать тебя Бифкейком.

Его глаза распахнулись.

— Я устал, Тара. Мне надо отдохнуть.

— Подожди. Не хочу спорить. Я буду звать тебя Бифкейком, если тыснова начнешь звать меня мамой. Договорились?

У меня сжалось в груди, когда я увидел замешательство на лице сына. Катлер не разыгрывал сцену. Он просто был честным мальчиком с большим сердцем.

— Ему нужно полежать, Тара, — сказал я, отключив громкую связь.

— Хорошо. Передай маленькому Бифкейку, что я надеюсь, он скоро поправится, — сказала она с усмешкой. — Я дам знать, если смогу приехать в конце лета.

— Ладно. Держи меня в курсе, когда соберешься.

— Обязательно. Эй, Нэш?

— Ага?

— Спасибо, что ты хороший отец нашему сыну.

Черт побери. Все, что я делаю — ради Катлера.

Для меня это честь — быть его отцом.

— Не за что. Пока.

Я завершил звонок и положил подушку себе на колени. Катлер лег и устроил голову на ней.

— Все в порядке?

— Надеюсь, Тара не задержится надолго. У меня в конце лета полно планов с Джей Ти, с дядями и с моими девчонками, — проговорил он, глядя на телевизор, звук которого был выключен.

Я провел ладонью по его щеке, радуясь, что температура спала.

— Не волнуйся. У нас будет время на все, ладно?

— Пап?

— Ага?

— Я рад, что ты мой папа.

Вот черт. Грудь сжалась так сильно, что стало трудно дышать.

— Спасибо, малыш, — хрипло ответил я. — Ты — лучшее, что случилось со мной в жизни. Я тебя люблю.

— И я тебя люблю.

— Так было у тебя и у дедушки, когда ты был маленьким, да? — спросил он тихо.

— Да. Были только я и дедушка.

— Тебе было грустно, что ты не знал свою маму?

Мы уже говорили об этом несколько раз за последний год. Он стал больше интересоваться тем, что случилось с моей мамой.

— Да, мне было грустно, что я ее никогда не знал, — ответил я. Мама умерла во время родов из-за осложнения. Отец пришел в больницу со своей любимой женой, а вышел оттуда с младенцем на руках — один.

— Дедушка говорит, что она сначала убедилась, что с тобой все будет хорошо, а потом уже ушла к ангелам. Потому что она сама была ангелом.

Я и не знал, что Катлер об этом с ним говорил.

— Это он так сказал?

— Ага.

— Похоже на него. Но у меня была отличная жизнь с дедушкой. Ты это знаешь, да? У всех семьи разные. Главное, чтобы тебя любили и этого достаточно.

— Я это знаю, пап. У нас с тобой не было мам рядом, но у нас есть большая семья, которая нас любит.

— Точно. — Я продолжал гладитьего волосы, пока его глаза не закрылись.

Он задремал, а я просто сидел и смотрел на него.

Этот маленький парень наполнял мою жизнь таким светом…

Я сам не заметил, как уснул рядом с ним на диване.

Но вскочил с резким толчком, когда острая боль пронзила живот. Комната была темной — значит, прошло уже несколько часов. Катлер лежал рядом и смотрел фильм.

Он удивленно посмотрел на меня:

— Ты спал очень долго.

— Черт, — прошипел я и бросился в ванную, едва не врезавшись в кофейный столик.

Я еле успел добежать до унитаза, как меня вырвало с такой силой, что казалось — выворачивает наизнанку.

Похоже, желудочные жуки вернулись… и настроены решительно.

Эмерсон

Я только что вернулась с работы, и мы с Винни направились домой. Я покормила ее, поставила в микроволновку остатки лапши и налила себе бокал вина. Открыла рецепт рисовых батончиков с радужной посыпкой, которые собиралась приготовить сегодня вечером. Я пообещала Демми и Пейтон, что принесу угощение завтра, а Лана с Петрой уже вполне привыкли к тому, что я пару раз в неделю приношу им что-нибудь свежеиспеченное.