Книга Дикая река, страница 121 – Лора Павлов

— Слова самого главного бабника в округе. Ты ни разу не говорил женщине, что любишь ее.

Я попытался не дать слезам пробиться и перевести все в шутку.

— Эй, я от любви не бегаю. Просто люблю много женщин, но недолго. — Он усмехнулся. — Но я не закрываюсь, как ты. Потому что у меня не было таких потерь. А ты… ты изменился, когда появилась Руби.

Я облокотился на кухонный остров и скрестил ноги.

— В каком смысле?

— Ты стал… живее. Светлее. Меньше злился на все подряд. Она шла тебе на пользу.

— Ага. И чем все закончилось? Как и начиналось — взрывом. Я нарушил правила. А она просто играла.

— Да брось, брат. Ты правда в это веришь? Ты же знаешь ее. Это не в ее стиле. Она, как и ты, всегда говорит прямо. Она никогда не извиняется за то, кто она есть. И вряд ли она вдруг так резко изменилась.

Если честно, логически я понимал, что это правда. Черт, я знал, кто она такая. Но я больше ни в чем не был уверен.

— Ну, ее парень приехал, чтобы забрать ее в город. Она даже не попрощалась. По-моему, довольно четкий знак, что я все не так понял.

— А мы точно это знаем?

— Мы точно это знаем? Мои глаза мне наврали, что ли? Я видел их вместе на кухне. Она уехала, ни слова мне не сказав после той записки. Так что да, мы все знаем.

— А ты уверен, что она видела эту стикер?

Я застонал:

— Кинг, я тебя люблю, брат, честно. Но у меня башка трещит, а сердце — тот самый орган, в существование которого я и не верил, пока Руби не появилась в моей чертовой жизни, — теперь разбито к хренам. Я больше не могу об этом говорить. И пытаться во всем разобраться — бессмысленно. Все, как есть. Все кончено. У меня остался один день, чтобы поваляться в своей жалости, прежде чем снова выйти на работу. И я хочу провести его в одиночестве.

Он кивнул, снова посмотрел в миску, доел пару ложек супа и встал. Подошел ко мне, залез в задний карман и сунул в руку желтый стикер.

Да твою ж мать.

Этот кошмар никогда не закончится. Я глянул на бумажку и прочитал:

Только что видел Руби в Magnolia Beans. Похоже, она теперь живет здесь. Кто теперь лучший брат?

— Ты о чем вообще? Она же уже начала новую работу в университете. И какого черта ты опять пишешь это на стикере?

— Думал, это теперь твой новый язык любви. —Он пожал плечами. — А по делу: да, она начала новую работу. В Fresh Start. Они с Сейлор ищут дом для аренды. Пока ты тут жалеешь себя, жизнь продолжается. Девчонки, кстати, все знали, но Руби не хотела, чтобы они кому-то говорили. В итоге Ромео допер, рассказал нам утром. А потом я увидел ее своими глазами.

У меня все плыло перед глазами.

— Откуда ты знаешь, что она работает в Fresh Start?

— Ну, начнем с того, что я не спрашивал у нее об этом через стикер. Я наткнулся на нее. Спросил, что она там делает. Она сказала, что устроилась в Fresh Start и что они с Сейлор подыскивают жилье.

— Но ведь ее парень был тут. Я это не выдумал. Все это не имеет смысла. — Я начал метаться по кухне, впервые за последние дни ощущая проблеск жизни внутри.

— Забавно, что ты об этом заговорил. Я тоже спросил про этого ботаника-профессора. Она сказала, что он просто приехал, чтобы убедиться, что она не отказалась от работы из-за него. Они друзья. Он просто хотел ее поддержать.

Блядь.

Блядь.

— Ага.

— Ага, придурок. Ты конкретно облажался.

— Значит, она не подписала контракт?