Книга Всегда моя, страница 85 – Лора Павлов

— Понимаю, —прошептала она, проводя пальцами по моей челюсти. — А потом?

— Потом он просто напивался и валялся на диване. Но я так и не спал спокойно. Все время ждал, что он вломится и начнет меня бить без предупреждения. Думаю, он просто слабел с годами. В наш выпускной год, незадолго до аварии, он снова зашел ко мне ночью. Дверь уже не запиралась после того, как он ее вышиб.

— И что было? — почти неслышно спросила она.

— Я был готов. Вскочил и врезал ему так, что выбил несколько зубов. Он остался лежать на полу, визжал и звал маму. Мы это никогда не обсуждали, и это был последний раз, когда он ко мне полез. Жаль, что я не сделал этого раньше. Но до того момента не был уверен, что смогу его одолеть. Он здоровый. И злой.

— Он монстр. Я его ненавижу.

Я коснулся губами кончика ее носа:

— Мне не нужно, чтобы ты кого-то ненавидела ради меня.

— А я буду. И это не изменится. Ты сейчас спишь спокойно?

— Да. С тех пор как живу отдельно. До тебя я никогда не ночевал с женщиной — не доверял никому в своей постели, боялся, что кто-то войдет, пока я сплю. Жил один или оставался здесь, у тебя, даже когда мы еще не были вместе. И спал спокойно.

Она улыбнулась:

— Это радует. Со мной ты в безопасности, Нико.

Я усмехнулся:

— Да? Ты меня защитишь, Виви?

— Всегда.

Я поцеловал ее, запуская пальцы в ее длинные волосы. Потому что знал — она права. С ней все всегда было лучше. И всегда будет.

Вивиан

Я проснулась, обнимая Нико. Мы всегда спали, переплетясь друг с другом, и я обожала это. Любила слушать его сердце, когда моя голова лежала у него на груди. Любила тепло его тела. Я провела пальцами по его предплечьям, сдерживая комок в горле, когда взгляд зацепился за ожоги от сигарет. Он открылся мне прошлой ночью — это был прорыв, потому что Нико не любил говорить о своем отце.

Мы засиделись допоздна, и я подталкивала его продолжать. Он рассказал больше о кошмаре, которым было его детство, и кусочек моего сердца раскололся на миллион осколков. Нико был большим, сильным, в нем жила эта суровая сила. Уязвимость — не то, что он обычно показывал, но я получила возможность заглянуть внутрь.

Взглянуть на ту боль, горечь и печаль, которые принесли ему пережитые побои.

Мне хотелось избить его отца собственными руками, а я никогда в жизни не испытывала желания ударить человека. Хотелось встряхнуть его мать, чтобы вбить в нее здравый смысл. Я понимала, что она боялась его, но, по словам Нико, она ни разу не вызвала полицию. Не подала на развод, когда он сел в тюрьму. И встретила его с распростертыми объятиями, когда он вышел. И все же он сочувствовал ей. Шейла Уэст не была злой женщиной. Она была сломленной. Это было видно каждому.

— О чем думаешь, красавица? — спросил Нико, потянувшись и глядя на меня сверху вниз.

— Думаю о том, какой ты сильный.

Он усмехнулся, сел, облокотившись на изголовье, и подтянул меня, чтобы я осталась у него на груди.

— Да? Разглядываешь меня?

— Всегда, — улыбнулась я. — Ты слышал что-нибудь о пожаре на складе?

— Только то, что Чак Мартин уверен: это был поджог. Без сомнений. Знаю, он притащил на допрос кучу подростков, но больше новостей нет. Думаю, мой старик много треплется, но вряд ли у него хватит ума устроить что-то такое.

— Ты правда считаешь, что он пошел бы на такое, пока на условном?