Книга На седьмом небе, страница 15 – Лора Павлов

Я сжала зубы и кулаки, но старалась, чтобы голос оставался спокойным.

— Не секрет, что отец помог устроить мне собеседование. Но дальше я доказала, что заслуживаю это место и дипломами, и работой. Если бы они не были в этом уверены, трех собеседований и найма бы не было.

— О да, конечно. Просто когда я учился, таких быстрых программ с двойной сертификацией не существовало, — снова натянуто засмеялся он.

Пусть этот разговор уже закончится.

Я про себя отсчитала от десяти до единицы, стараясь не сорваться на этого самодовольного сексиста.

— Это была адская четырехлетняя программа. Но спорить об этом незачем. Я уже у зала Кларка, пора начинать, — сказала я. Ему и знать не обязательно, что этотзал находится прямо в доме. И так хватит вопросов.

Я сюда не по своей воле приехала.

Меня отправили.

И я делала свою работу.

— Ладно. Жду отчет позже.

— Будет. Хорошего дня, — я как можно быстрее сбросила звонок и поднялась к дому.

Дверь была приоткрыта, так что я просто вошла.

— Привет, Уиз, — с широкой улыбкой сказал он. Как обычно — в баскетбольных шортах и без футболки. Темные волнистые волосы, легкая щетина на подбородке, чертовски высокий, широкие плечи, узкая талия. Мои глаза меня предали — скользнули вниз по груди к глубокому V, где шорты держались слишком низко. Я ненавидела, что не могла не смотреть.

Не задержаться.

Это раздражало меня и из-за него, и из-за моей слабости.

— Перестань звать меня этим идиотским прозвищем, — фыркнула я, проходя мимо. У нас уже сложилась привычка: он любит меня злить, я — показывать, как это меня бесит. — И давай начнем с того, что ты наденешь рубашку.

Он хохотнул и пошёл следом так близко, что я ощущала его тёплое дыхание на затылке.

— Я с утра полол сорняки во дворе, — сказал он. — Уже адски жарко.

В зале я обернулась:

— Ты уже с утра занимался садом? У тебя же есть люди для этого. Двор-то огромный.

— Есть. Но я люблю возиться там. Половину деревьев я сам посадил. Понятно, что в сезон, когда живу в городе, этим не занимаюсь. Но дома люблю копаться в земле, — ответил он.

И, черт побери, слова Кларка Чедвика «копаться в земле» почему-то звучали чертовски сексуально.

— Интересно. Никогда бы не подумала, что ты любишь садоводство, — сказала я, указывая на стол, где мы начинали каждое занятие с осмотра колена.

Футболку он, конечно, так и не надел. Вместо этого положил телефон на скамью и включил плейлист. Из колонок заорал Эминем про мамины спагетти и один шанс в жизни, и, конечно же, Кларк завопил вместе с ним, пару раз ткнув меня в бок, будто сам был автором песни.

— Так, сосредоточимся, пожалуйста, — сказала я, стараясь не выдать, что сама была большой фанаткой Эминема. Это доставило бы ему слишком большое удовольствие.

Он лишь ухмыльнулся, лежа на столе, и поймал мой взгляд. Его глаза — редкий светло-зеленый оттенок с золотистыми искрами и темно-карим ободком по краям. Губы дернулись в улыбке:

— Признай, тебе нравится моя музыка.

— Сойдет.

— Думаю, тебенравится, Уиз. И с каких это пор ты так переживаешь за моего садовника? Интересно, чем я занимаюсь, пока мы не вместе? — подмигнул он.

— Пфф. Даже не думала, — соврала я. Я такая же любопытная, как все. — Просто не ожидала услышать, что ты любишь возиться в саду.

— Ты ведь выросла в маленьком городке? — спросил он.