Книга Мой светлый луч, страница 93 – Лора Павлов

— Доверяю. И это многое значит, потому что я даже Хенли этого не рассказывала. Знаем об этом только я, Беккет и один из его охранников, да и тот — только вкратце.

Он молчал, его руки нашли мои под водой.

— Чуть больше года назад я уже точно знала, что между мной и Беккетом все кончено. Я говорила тебе, что он мне изменял, и, если честно, меня это даже не ранило — я внутренне уже смирилась с концом. Наши отношения изжили себя. Но его поймали в прессе с другими женщинами, одна из них — та самая Анастасия, которая сейчас носит его ребенка. Моя семья была в бешенстве, потому что журналисты выставляли меня брошенной женщиной, а в год выборов это было позором для моего отца.

— Как будто ты могла на это повлиять. Почему это вообще твоя проблема? — он переплёл свои пальцы с моими.

— Отличный вопрос, — усмехнулась я. — Но мне сказали, что я должна все исправить. Я позвонила Беккету, сказала, что между нами все кончено, но он продолжал давать интервью, в которых утверждал, что мы вместе. Постил старые наши фото, и все начиналось по новой. Я тогда много путешествовала, пыталась вывести MSL на уровень крупных универмагов и сознательно сосредоточилась на работе. Но его выходки были во всех новостях, и для моего бизнеса это выглядело ужасно.

— Это полный бред, что он продолжал постить твои фотографии, когда вы уже расстались.

— Понимаешь, его группа взлетела, но весь его образ строился на том, что он плохой мальчик. А упоминание моего имени только добавляло ему популярности. — Я прочистила горло. — Я попросила его убрать фотографии, прекратить говорить обо мне в интервью — так просил мой отец. И он сказал, что сделает все,что я попрошу, если мы встретимся лично в последний раз. Я была в Нью-Йорке по работе, а он там как раз гастролировал. Я не хотела встречаться с ним в отеле, потому что знала, насколько он может быть неадекватен. Годы, которые я пыталась ему помочь, чтобы он завязал, ни к чему не привели. Я уже не узнавала в нем того человека, с которым когда-то была. Поэтому я не сказала ему, где остановилась. Согласилась прийти на концерт, встретиться перед началом. Мне казалось, это разумное решение — общественное место, что он там может сделать? Вот так я рассуждала.

— Он никогда не поднимал на тебя руку?

— Никогда. Но у него случались срывы. Он крушил все вокруг, переворачивал столы — вот такие вспышки. Это началось незадолго до нашего расставания, но пару раз увидеть такое хватило, чтобы больше не оставаться с ним наедине.

— И ты пошла на концерт?

— Пришла за час до начала. Думала, поговорим коротко, он скажет, что хотел, потом выйдет на сцену, а я спокойно ускользну через черный ход. Такой был план.

Я вздохнула и откинула голову на плечо Рейфа. Он погладил меня по лбу, убирая выбившиеся из резинки пряди.

— Звучит как вполне разумный план, — он прижался губами к моей шее, будто пытаясь меня успокоить. — Что же пошло не так?

— Он уже ждал меня у черного хода, когда я приехала. Мы зашли в гримерку и начали говорить. — Я замолчала, сделала глоток вина. Мне было тяжело вспоминать тот день. Не потому что было страшно, а потому что я злилась на себя за то, что не подготовилась лучше. Больше я так не поступлю. — Я сказала ему, что все кончено, что я хочу встречаться с другими. Сказала, что ему стоит сделать то же самое. Попросила перестать постить наши фото, перестать упоминать меня в интервью, прекратить бесконечно звонить и писать.