Книга Мой светлый луч, страница 36 – Лора Павлов

— Я не называл тебя шлюхой. Это Шарлотта сказала. Я сказал, что ты была веселой девушкой, у которой был роман с Бенджамином Франклином. Что в этом плохого? — подмигнул ей Франсуа. — А то, что твоя кузина была целительницей, не делает ее святой в этой жизни.

Франсуа, наверное, был в районе шестидесяти, с длинными темными волнистыми волосами, в черном бархатном костюме и розовой рубашке с цветочным принтом.

Лулу закатила глаза:

— Ладно. Бен Франклин был хорош собой, с этим могу смириться.

— Ты сейчас что-то видишь между ними? — спросила Ноэми, глядя на нас обоих, словно Франсуа мог рассказать ей все о нас.

— Да. Очень сильная связь. Они сами еще не понимают, насколько она сильна, — усмехнулся он. Потом закрыл глаза и еще несколько секунд просто сидел, улыбаясь. — Ого. Это даже лучше, чем я ожидал.

— Правда? — Ноэми расплылась в улыбке.

Лулу нервно покусывала губу и взглянула на меня.

— Я рад за тебя, Лулу. После всей драмы с предыдущим ухажером это будет проще, — сказал Франсуа, сложив руки на груди и повернувшись к Ноэми. — Да. Да. Да.

— Да? — переспросила она.

Лулу пожала плечами и потянулась за бокалом шампанского. Я сделал то же самое. Мы чокнулись, и я наблюдал, как она залпом выпила весь бокал. Я последовал ее примеру. Когда мы поставили бокалы, они оба не сводили с нас глаз.

— Лулубель, ты знаешь, когда Франсуа впервые встретилтвоего отца, он сказал мне, что это мой человек на всю жизнь? Я тебе это рассказывала? — мама вытерла глаза платочком, который тут же протянул ей Франсуа.

— Да, ты рассказывала. Это очень мило, — сказала Лулу, и было видно, что к Франсуа и его предсказаниям она относится скептически, но старается не портить маме настроение.

— А вот вас с Бакетом он не видел вместе. Там он говорил только про пламя, катастрофу и тьму, — добавила Ноэми.

— Да, мама. Помню, как он заявил нам с Беккетом об этом за рождественским ужином. Это прозвучало... ну, как колониальная шлюха за праздничным столом.

Черт возьми, она была чертовски обаятельной — остроумной, уверенной, красивой.

— Он видит это. Он видит это! — взвизгнула Ноэми, а Франсуа закивал и хлопнул в ладони.

— Я действительно вижу. Поздравляю вас. Вы пока этого не осознаете, — сказал он, приподняв бровь, будто знал больше нас. — Но поверьте мне.

— Конечно, они пока не заглядывают в будущее. Они молоды, влюблены, все только начинается. Но это прекрасные новости.

— Моя работа здесь окончена, — Франсуа поднялся. — Можешь не переживать, Ноэми. Она в надежных руках. Причем довольно больших, если уж на то пошло, — подмигнул он мне, и я расхохотался.

Мама тоже поднялась.

— Больше не буду вас задерживать. Пойдем наслаждаться вечеринкой, — сказала Ноэми, обняв меня на прощание. — Добро пожаловать в семью, Рейф.

— Мама, прекрати, — простонала Лулу.

Ноэми остановилась перед дочерью:

— Я тебя люблю, моя красавица. Мы так долго за тебя переживали. За твои выборы. Но теперь ты разобралась в жизни и профессионально, и лично. Все, чего я хочу, чтобы ты была счастлива.

Франсуа взял меня за руку, сжал ее обеими ладонями и тихо сказал мне на ухо:

— Ты счастливчик. Не облажайся. Она не такая сильная, как кажется.

Они вышли из комнаты, а Лулу захлопнула дверь и тут же рассмеялась.

— Черт. Он обычно ненавидит всех мужчин. Шарлотте он предсказал два брака, — сказала она.