Книга Укради мое сердце, страница 40 – Лора Павлов

— Тебе приготовили шикарный ужин и торт, испеченный с нуля. Твоя мать сама его испекла, между прочим. Все пришли, подарили подарки, пели тебе. Ах, бедняга Истон, какое ужасное у тебя семейство! — проговорила она все громче.

Я застыл, ошеломленный, когда она резко обернулась и сунула ключ в замок. Вот же дерзкая. Ни черта она не понимает. Не знает, через что я прошел.

Вот почему нельзя тащить коллег на семейные ужины.

— Эй, эй, эй! — крикнул я, поднимаясь обратно по ступенькам. Я встал прямо у двери, не давая ей захлопнуть ее перед моим носом. — Ты не имеешь права меня судить.

— Почему? Потому что ты мой наставник? Ты сам судишь всех. Да ты меня судил уже в первый день, как я появилась в офисе!

— Ну, ты, если вспомнить, не совсем вошла в офис — ты включила чертову сигнализацию и подняла на уши весь город, а потом вылила на меня кипяток. Напомнить?

Она вжалась спиной в дверь, а я оперся ладонями по обе стороны от ее головы, словно загоняя в ловушку. Ее губы были приоткрыты, светлые волосы рассыпались по плечам… Я не знал, какого черта я делаю.

Но я наблюдал за ней весь вечер. За тем, как она сидела на полу и читала три книжки Мелоди. Как слушала бесконечную историю моего отца — с самого рождения и до сегодняшнего дня — и при этом искренне смеялась и кивала. Как обращалась с моими братьями и кузенами так, будто знала их с детства, а потом запросто болтала с моей мамой и тетей.

Хенли Холлоуэй бесит меня до чертиков.

Она была отвлекающимфактором, с которым я не хотел иметь дела.

Я больше не позволял себе отвлекаться. На то были причины.

Но сейчас я стоял и смотрел на нее, словно бы умер, если не поцелую ее прямо сейчас.

— Я прекрасно помню, потому что ты был полным засранцем. И да, я поняла — я дочка Чарльза Холлоуэя, мне просто так дали работу и кабинет, и у тебя были все основания быть недовольным. Но твоя семья — это мечта. — Она чуть усмехнулась. — То, к чему все стремятся.

— Я не злился из-за кабинета. Просто знал, что тебя будут за это осуждать, и хотел предупредить. — Я прочистил горло. — Но да, я тебя судил. И ошибался. Ты талантлива и умна, и фирме повезло, что ты здесь. Я тогда все понял неправильно.

— Что именно?

— Я думал, ты здесь только потому, что ты дочь Чарльза Холлоуэя. Но на самом деле фирма просто получила шанс заполучить тебя благодаря тому, что ты — его дочь.

Ее глаза расширились, и она, казалось, не верила в то, что я сказал.

— Спасибо, — тихо сказала она и сжала мою футболку в районе груди, а я сделал шаг ближе. Я хотел поцеловать ее так сильно, что все тело горело. — Я знаю, что ты любишь свою семью, Истон. Так скажи, почему ты пил виски, как воду, и почему ты так ненавидишь свой день рождения, что это уже на грани паранойи?

Черт возьми, она слишком наблюдательна.

Это была моя территория.

Я резко отступил назад и провел рукой по волосам.

— Спокойной ночи, принцесса. Увидимся на работе.

Я сбежал по ступенькам. Нужно было держаться от нее подальше. Она слишком близко. Слишком многое хочет узнать.

Заставляет чувствовать то, чего я не хотел чувствовать.

— Не думала, что ты трус, Чадвик, — донеслось мне в спину.

— Может, я не так легко читаюсь, как ты думаешь, — бросил я, подняв руку, чтобы попрощаться, и услышал, как она с грохотом захлопнула за собой дверь.