Онлайн книга «Истинная для воеводы орков»
|
— Ого… — прячусь от стыда, уткнув горящее лицо в голую грудь воеводы. Так и стоим какое-то время. А потом Митрибор отстраняется. — Пора проводить обряд, а то вода остынет, — говорит он. — Давай помогу. С помощью воеводы избавляем меня от рубашки, юбок и нижнего белья. В темноте палатки не так страшно остаться обнажённой. Волнительно, но терпимо… Прикрываю грудь руками и опускаю голову. Шуршит одежда Митрибора. Рубаху он не носит, как все орки. Но теперь, кажется, остался и без штанов. Краем глаза вижу, что воевода подошёл к выходу из палатки. Не откидывая полога, высунул руку, взял что-то стоящее снаружи и затащил это внутрь. Это оказался котелок, судя по всему, с горячей водой. До меня доносится горьковато-сладкий аромат лесных трав. Приятный… А Митрибор подходит к тому углу, где лежит свёрнутая шкура, но берёт вовсе не её. Оказывается, там рядом ещё сложенная ткань лежала. А я и не заметила. Воевода расстилает в центре льняной отрез, и в руке у него остаётся ещё небольшой кусок ткани. — Садись, буду тебя мыть, — командует мой орк. — Может, я сама? — спрашиваю с сомнением. Стыдно это как-то… Чтобы мужчина мыл… — Садись, Фейсель, не спорь, — Митрибор подталкивает меня к расстеленной ткани. — Это обряд. Так положено. Усаживаюсь на колени и снова опускаю голову. — Вообще, по правилам, это женщины с невестой делают, — тихо говорит Митрибор. — Но тут нет тех, кто знал бы наши обряды, а другой мужчина, если жить хочет, к твоему телу так не прикоснётся. Так что… Митрибор окунает кусок ткани в горячий отвар с травами, отжимает его, а затем начинает обтирать мою кожу. Сначала одну руку. Потом другую. Тёплая, пахнущая цветами и лесом ткань касается шеи, спускается на спину… Тёплые струйки воды текут по коже, согревая и… распаляя… Очень приятно… Особенно потому, что это делает Митрибор… Млею, когда он перекидывает мои распущенные волосы через плечо, и мокрая ткань касается груди. Он моет меня всю. Целиком. Касается самых потаённых мест. И к концу этой процедуры мне уже оченьхочется повторения прошлой ночи. — Наверно, я сильно напугал тебя вчера, — хрипло шепчет воевода. — Раз ты сбежала… Знаю, следовало бы сдержаться… объяснить тебе всё сначала, но… иногда мы оказываемся слабее, чем думали… Воевода откладывает кусок ткани и достаёт из вороха снятой одежды маленький, закрытый куском кожи горшочек. — Это ритуальное масло, — объясняет Митрибор. — Теперь нужно намазать тебя им. Воевода развязывает шнурок на горлышке. Открывает горшочек и палатку наполняет ещё более густой и яркий аромат трав. Немного льёт себе на ладонь, а затем принимается втирать масло в мою кожу, снова начиная с рук. — Когда ты заснула, я прочитал обрядную клятву, — тихий голос воеводы убаюкивает. — Как чувствовал, что мне понадобится сила метки… После клятв она ярче чувствуется… И нитку красную в волосы тебе вплёл, какую нашёл… Ах вот что это за ниточка у меня за забор зацепилась, когда я домой прибежала! Ох, как всё не случайно… — Со временем, говорят, истинные друг друга и на расстоянии чувствовать начинают, — продолжает говорить Митрибор, осторожно втирая ароматное масло в мой живот, — но мы только — только нашли друг друга… Я чуял, что ты в городе, но где не мог понять… Только по нитке красной и сообразил, в каком ты доме… |