Книга Истинная для воеводы орков, страница 23 – Рада Миртова

Митрибор мою руку крепче сжимает.

— Моя жена со мной в шатреночевать будет, — говорит он таким тоном, что возразить посмел бы только глупец. — По нашим обычаям так положено. Не бойтесь, я своё слово держу. Оно дороже мешка серебра.

— А кто боится-то? — городничий нервно хихикает. — Ну обычаи, так обычаи… мы только нашу стражу на всякий случай недалеко от вашего лагеря поставим, чтобы… звери лесные дорогих гостей не обидели…

Митрибор смеряет его снисходительным взглядом.

— Ну ставь, если хочешь. Комары людей больше любят. Будет твоя стража у шатров комаров кормить, нам точно спокойнее спаться будет.

Воевода переводит взгляд и как будто только замечает тихо плачущую маму.

— А отец твой где? — спрашивает меня Митрибор.

И рта не успеваю раскрыть, как меня городничий опережает.

— Отец её за драку арестован до утра. Но раз такое дело, праздник же, свадьба… помилуем его, конечно, — заверяет он, а затем обращается к одному из стражников. — Ей ты, приведи Ноэля, живо!

Очень скоро в дом приводят папу, и я выдыхаю с облегчением. У отца взъерошены волосы и испачкана одежда, но в целом он не кажется избитым и сильно пострадавшим.

Папа смотрит на нас с Митрибором хмуро. Неодобрительно. Но пока ничего не говорит.

— По нашим обычаям за невесту биться положено, — говорит воевода. — Ну или на худой конец можно украсть…

Губы моего орка растягиваются в улыбке.

— Но мы по вашим традициям поступим, — продолжает воевода. — Завтра на рассвете заплачу за Фейсель выкуп. Если обряды какие нужны, тоже можно. Но сперва наши.

Папа смотрит на меня пристально, и я понимаю, что он ждёт моей реакции. Спорить с орочьим воеводой бессмысленно, но я вижу, что папа станет, если я дам понять, что не согласна с этой свадьбой.

Чувствую благодарность к нему за это. И в темницу за меня пошёл, и против воеводы пойдёт.

И за Еремея-то он меня сватал, потому что искренне верил, что так будет лучше для меня.

А я хоть и боюсь сама до ужаса, но оттягивать неизбежное не вижу смысла. Раз Митрибор за мной пришёл, то не отступится. Папа ничем не поможет.

Набираю в грудь побольше воздуха и киваю, глядя в глаза отцу. Делаю шаг ближе к Митрибору.

Вот так. Я свою судьбу выбрала. Не волнуйся, папа.

— Хорошо, — бесцветным голосом произносит отец. — Кто мы такие, чтобы спорить с волей богов и духов?

— Благословите? — спрашиваетотца воевода.

На пару мгновений тишина повисает. Тревожно становится… А ну как откажет папа? С таким жить потом тяжело…

— Благословляю, — тихо произносит отец. — Береги мою дочь, воевода.

На глаза слёзы вдруг наворачиваются. И нос щиплет. Шмыгаю им тихонечко.

А Митрибор коротко кивает и произносит всем известную присказку:

— Коль истинную нашёл, береги всей душой.

— Пусть помогут вам твои духи и наша Святая богиня, — добавляет отец.

— Пора, Фейсель, пойдём, — Митрибор тянет меня за руку.

Обнимаюсь с мамой, которая начинает понемногу успокаиваться. Прощаюсь с папой.

— Не уберегли… — мама судорожно расцеловывает моё лицо.

— От судьбы не убережёшь, — отвечает на это отец.

Их мрачное настроение и мне передаётся. Иду рядом с воеводой, опустив голову.

За нами стража.

Городничий до самых ворот провожает. А как за стену выходим, так я сразу и вижу лагерь орков.

Строй шатров поодаль от городских стен, ближе к лесу стоит. Среди шатров горят костры. Стройные столбы дыма вверх поднимаются и рассеиваются в темноте.