Книга Меж двух королей, страница 266 – Линдси Штрауб

Уходи. Это то, что у тебя получается лучше всего.

Женщины в жизни Лео всегда бросали его. А потом возвращались и бросали снова. Меньше всего на свете Тэмми хотела уходить. Это противоречило каждому инстинкту в её сердце. Но она также хотела уважать его желание. Если Лео велел ей уйти, у него была на то веская причина. К тому же, Тэмми никогда и не хотела видеть эту свадьбу. Задерживаться не было смысла.

И Тэмми ушла.

Когда она вернулась в пещеры, там царила суета. Все под горой готовились к похоронам. Тэмми нашла Каспена у озера; он разговаривал с членом совета. Она не спросила его, почему он ушел, а он не спросил её, почему она вернулась. Это было неважно. Всё это казалось мелочью по сравнению с необходимостью проводить в последний путь сорок шесть василисков. Тэмми знала лишь то, что Каспену нужна её поддержка, и была рада её оказать. Она была рядом с ним, когда он отдавал распоряжения насчет похорон. Она была рядом, когда он говорил с каждым членом семьи каждого из погибших василисков. Она была рядом, когда он собирал тела и укладывал их в ряд на берегу озера. Окружающие гроты были богато украшены, входы увиты листвой. Это чем-то напоминало то, как замок был украшен к свадьбе. Только на этом событии мертвые не найдут пути назад.

На похоронах присутствовал каждый василиск, и Сенеки, и Драконы. Только Роу и Эроса нигде не было видно; они покинули пещеры в ту же ночь после Турнира. Тэмми стояла рядом с Аполлоном, чья рука нашла её руку. Она знала, что он ищет утешения, и без колебаний переплела свои пальцы с его.

Мне так жаль твоей утраты.

Спасибо.

Я могу что-нибудь сделать для тебя?

Он покачал головой.

Ты уверен?

Ничего нельзя сделать, Темперанс. Ни тебе, ни кому-либо другому.

Его слова резанули её по сердцу. Всё, чего хотела Тэмми — это исправить случившееся, вернуться в прошлое и сделать так,чтобы событий последних дней никогда не было.

С другой стороны появилась Аделаида. Не раздумывая, Тэмми взяла за руку и её.

Одна рука держала ладонь Адэлаиды. Другая — Аполлона. Тэмми ощущала их скорбь так же отчетливо, как свою собственную. Это напоминало коллективный оргазм, но вместо удовольствия она чувствовала чистую, нефильтрованную печаль. Это было слишком для одного человека; если бы она не стояла среди василисков, то рухнула бы. Но здесь, в окружении своего народа, горе было выносимым. В конце концов, ношу легче нести, когда делишь её с кем-то. В этом была своя красота — в коллективной способности стоять единой общиной, держать и быть удерживаемым. Рядом с ней хватка Аполлона усилилась. Тэмми послала ему успокаивающую волну поддержки. Не настолько сильную, чтобы изменить его чувства — лишь достаточную, чтобы он знал, что не одинок. Он повернулся к ней и прижался губами к её виску.

Толпа затихла, когда Каспен приблизился к ряду тел.

Он опускался на колени перед каждым из них, высекая искру и предавая их огню. Когда все они были подожжены, василиски часами стояли и смотрели, как они горят, как дым поднимается к вершине горы. Никто не проронил ни слова. Был только этот момент — только здесь и сейчас. Когда всё наконец закончилось, члены совета вышли вперед, чтобы собрать прах в урны из ярко-белого мрамора. Прах смешался с песком на берегу, и, возможно, в этом и был смысл. Тэмми лежала на этом берегу прежде и, несомненно, будет лежать снова. Это было частью Коры, а значит, частью их самих. Слезы текли по её щекам, когда Каспен брал урны одну за другой, заходил в воду и предавал останки своего народа водам озера.