Книга Меж двух королей, страница 113 – Линдси Штрауб

— Это не дает тебе права контролировать его.

Каспен вздернул подбородок, глядя на нее сверху вниз. В этот момент он был таким царственным, таким могущественным, что Тэмми чуть не задрожала.

— Я создал его.

— Твой отец создал тебя. Значит ли это, что он имел право контролировать тебя?

Это заставило Каспена замереть на месте. Его глаза сузились. Тэмми знала, какой эффект произведут ее слова, знала, что Каспену такое сравнение не понравится. Но это сравнение того стоило. Если Каспен думал, что заслуживает контроля над Лео, потому что тот сыграл определенную роль — неважно, какую незначительную — в его зачатии, он ошибался.

Тэмми расправила плечи, глядя мужу прямо в глаза, и сказала.

— Ты потеряешь меня, если свяжешь его с собой.

Дым клубился над плечами Каспена. Грань между возбуждением и гневом всегда была для него тонкой, и сейчас Тэмми чувствовала его присутствие. Его голос был мертвенно тих.

— Я думал, что к этому времени это уже прошло.

— Думал, что к этому времени уже пройдет что?

— Твоя влюбленностьв него.

Тэмми уставилась на него. То, что она чувствовала к Лео, было далеко не страстным увлечением. Это было так же реально и неопровержимо, как ее любовь к Каспену. Это была та опора, которая держала ее на ногах, сила, которая обеспечивала ей устойчивость. Исчезнет? Никогда. Возможно, Каспен никогда не осознавал этого в полной мере, как следовало бы. Возможно, из — за преднамеренного невежества или, возможно, из — за полного отрицания он рассматривал это как безобидную школьную давку. Неприятность, которая никогда не станет угрозой. Что — то мимолетное, что — то, что пройдет. Каспен не верил, что она действительно может полюбить Лео. Что ее сердце навсегда будет отдано ему. Что это было на самом деле.

— Это не исчезнет, — прошептала Тэмми. — И никогда не исчезнет.

Ее слова медленно доходили до него. Тэмми наблюдала, как Каспен в реальном времени понимает, что она говорит. Его брови удивленно взлетели вверх, прежде чем его лицо превратилось в маску отвращения.

— Делай, что хочешь, Тэмми. Как ты всегда и делаешь.

Затем он вышел из комнаты.

Следующие дни были долгими, и Тэмми провела их в размышлениях.

Она подумала о том, как Каспен смотрел на нее — как будто видел впервые. Тэмми не скрывала своих чувств к Лео, она не притворялась, что не любит его. Если Каспен думал иначе, он предпочел быть слепым.

Она также подумала о Лео и его неспособности противостоять Эвелин. Тэмми никогда раньше не испытывала такого гнева по отношению к другому человеку. Решение, принятое Эвелин, было вовсе не решением для их ситуации— даже если бы кровопускание возобновилось, этого было бы недостаточно. Казалось, что у них не было будущего, не было пути, который не заканчивался бы насилием и смертью. Это было не то будущее, которого Тэмми хотела для своего народа. Конечно, Лео тоже этого не хотел. Но это было направление, в котором они двигались, и, если бы он не вмешался, чтобы остановить это, их судьба была бы предопределена. Они повторили бы историю; случилось бы кровопролитие. И если это случится, что тогда? Отвернется ли Лео от нее, как он отвернулся от остальных ее людей? В конце концов, Тэмми была наполовину василиском. Она была одной из них, как и сказал Габриэль. Врагом. Тэмми всегда было нелегко принадлежать к обеим сторонам. Но сейчас, как никогда, ейнужно было найти способ двигаться вперед. Пришло время взять дело в свои руки.