Книга Меж двух королей, страница 107 – Линдси Штрауб

Эвелин чуть повела плечами, но промолчала. Её лицо — холодная маска ярости.

Лео покачал головой:

— Я не хочу этого.

— Тогда почему ты этого просишь?

Лео открыл рот… и закрыл. Костяшки его пальцев побелели от напряжения, когда он стискивал стакан с виски. Тэмми смотрела на него. Затем на Каспена. Он всё это время молчал. Тэмми знала — он удерживал ярость, собирая свои силы в один стиснутый комок. Вся его сущность сейчас была направлена на то, чтобы не сорваться. Но она также знала: это ненадолго.

Она повернулась к Лео.

— Почему ты делаешь это, Лео? — прошептала она. — Это не похоже на тебя.

Он не ответил. И Тэмми вдруг вспомнила, как Эвелин всегда поджимала губы, когда речь заходила о кровопускании. Раньше Тэмми думала, что той просто неприятно обсуждать жестокость. Но теперь всё стало ясно: конечно, Эвелин хотела, чтобы золото опять текло рекой. Нет сомнений — она рассчитывала на это, когда вернулась к Лео. Королевская роскошь была известна всем.

А внезапная бедность Лео, которую она обнаружила, вернувшись… вряд ли стала приятным сюрпризом.

Наконец Лео поднял на неё взгляд.

Его челюсть была сжата до боли.

— Я просто хочу мира.

Тэмми издала сухой смешок:

— Мир не достигается кровью.

Она не могла поверить,что всё это происходит. Если бы Лео мог увидеть лица этих «добровольцев» — если бы он мог увидеть её лицо… Может быть, он понял бы, какой ценой это обойдётся. Объектом пытки не будет безымянный василиск из подземелья. Это будет тот, кого он любит. Это будет она.

— Если вам нужны добровольцы, — сказала Тэмми сквозь зубы, — то вот один. Я.

— Нет, — одновременно сказали Каспен и Лео.

— Да, — твёрдо отрезала Тэмми. — Если вам так нужна кровь — берите мою.

Рука Каспена сжалась до боли.

— Нет, Тэмми, — резко сказал Лео. — Не ты. Никогда ты.

Тэмми выпрямилась.

— Почему нет? Я наполовину василиск. Это я создала вот это, — она указала на золотой коготь на груди Каспена, — и моя кровь ничуть не хуже любой другой.

Взгляд Лео метнулся к ожерелью Каспена. Брови его сошлись. Тэмми не знала, что он там увидел — но что-то он понял.

Он покачал головой:

— Ты не рассматриваешься, Тэмми.

— А почему? Я ничем не отличаюсь от остальных.

— Конечно, отличаешься.

— Нет. Не отличаюсь. И если ты хочешь, чтобы мои люди снова проливали кровь — значит, ты хочешь, чтобы япроливала кровь.

— Я не хочу, чтобы ты…

Но он оборвал себя. Тэмми наклонилась вперёд. Её голос стал тихим, опасным.

— Не хочешь, чтобы я что, Лео?

Лео сжал губы. Он понял. Она это видела.

Тэмми делала всё сложнее — нарочно. Она ставила его перед невозможным выбором: сделать счастливой будущую жену… или защитить Тэмми. Это был жестокий выбор. Но необходимый. Она намеренно вытащила весь бред Эвелин на свет. Лео обсуждал это только потому, что думал: пострадает кто-то левый. Какой-то безымянный василиск. Но Тэмми не собиралась позволять ему так легко отвернуться. Если он хочет крови — эта кровь будет её.

— Я не хочу, чтобы ты пострадала, — наконец прошептал он.

Его слова повисли в оглушительной тишине.

Эвелин поджала губы так сильно, что те превратились в тонкую линию. Её взгляд метался: от Тэмми к Лео, и обратно к Тэмми. Но Тэмми игнорировала её. Это разговор только между ними. Она знала, какую сторону выбирает Эвелин. Она уже знала, что та жестока. Но Лео… Лео был спасаемым. Лео был хорошим.