Книга Кровавое пророчество, страница 187 – Энн Бишоп

— Вы бы предпочли, чтобы я нашла причину отказаться?

— Нет, — слово вырвалось у него.

Затем он сделал шаг назад, и она услышала тихий, разочарованный скулёж.

Саймон, должно быть, когда-то ходил в школу, должно быть, получил такое образование, которое позволило ему управлять бизнесом иДвором, но она внезапно поняла, что Генри имел в виду, говоря о разнице между общениемс людьми и тем, чтобы жить среди них. С ней они обращались как с другом.

Он хотел, чтобы она пришла и посмотрела фильм, но что-то заставляло его чувствовать себя несчастным.

— В другие дни я провожу много времени в этой коже.

Саймон ударил себя кулаком в грудь и посмотрел на снег, наваленный в центре двора комплекса.

— Дни земли — это дни, когда я могу быть Волком. Но я хочу побудить Сэма перевоплотиться, а это означает, что теперь он будет носить человеческую кожу каждый день.

Она разобрала слова на части, как будто они были образами, которые надо будет собрать вместе, чтобы сделать пророчество, и поняла.

— Вы бы хотели провести вечер в другой форме.

— Да.

— Ну, после того как вы приготовите попкорн и поставите фильм, почему бы вам не сделать это?

Теперь он посмотрел на неё.

— Ты не будешь возражать?

— Нет, я бы не возражала.

— Семь часов?

Она улыбнулась.

— Увидимся в семь.

Поднимаясь по лестнице в свою квартиру, она чувствовала, что Саймон наблюдает за ней. Она услышала, как завыл Сэм. И ещё ей было интересно, сколько жителей Двора знают, что она идёт к соседу смотреть кино.

* * *

Саймон вымыл тарелки и подавил нетерпение. Ему не терпелось выбраться из этой кожи, из этой формы. У него было несколько преимуществ перед истинной формой Волка, но это не было естественным, и необходимость оставаться в этой шкуре после того, как она начала царапать сердце и разум, могла привести терра индигенев безумную ярость.

Не всё так уж отличалось от того, что случилось на западе, за исключением того, что безумная ярость произошла, когда Иные были в зверином обличье.

Ему, как лидеру, которому так часто приходилось выглядеть человеком, даже рассматривать такой вариант событий не хотелось.

Он покачал головой, как если бы это могло заставить мысли улетучиться.

Мег сказала, что она не против, если он будет Волком, пока она смотрела фильм с Сэмом. Вряд ли она солгала.

Он поднялся наверх и вытащил Сэма из ванны, вполуха слушая грандиозные планы, которые, по мнению мальчика, должны были вписаться в пару часов перед сном. Он дал Сэму подумать, какой фильм посмотреть, а сам пошёл на кухню готовить попкорн. Даже в этой форме, эта дряньне особенно привлекала его, но это было традиционное человеческое удовольствие при просмотре фильмов, поэтому он сделал большую миску для Мег и Сэма для совместного времяпрепровождения.

Он как раз закончил поливать попкорн растопленным маслом, когда кто-то постучал в парадную дверь. Сэм издал звук, который был наполовину мальчишеским визгом, а наполовину волчьим воем, когда он бросился к двери и распахнул её.

Слова мальчика так быстро выскакивали друг за другом, что в них не было никакого смысла, кроме радостного возбуждения. Потом раздался голос Мег, всё ещё рядом с дверью.

Саймон поднял ухо. Почему она всё ещё стоит у двери? Она передумала проводить с ними время?

Нет, понял он, услышав её голос в гостиной. Она остановилась, чтобы снять сапоги и пальто. Почему она не воспользовалась задней дверью? Передняя дверь была иным посланием, чем задняя дверь?